Чужие грехи

– Ну Вы же специалист! Сделайте хоть что-нибудь!

Эк там какая-то девчушка по мне убивается. Прямо прослезиться тянет.

– Я, конечно, могу попробовать применить недавно появившийся препарат хлороформ, но…

– Так применяйте уже, доктор!

– Видите ли… у этого препарата есть некоторые неприятные побочные эффекты[13 - У доктора были все основания сомневаться. Первый в мире наркоз эфиром был осуществлен Уильямом Мортоном в 1846 году. А уже в 1847 Джеймс Симпсон предложил использовать для анестезии хлороформ.

Хлороформ оказался не только более сильным анестетиком, но и проще эфира в использовании, что сделало его очень популярным. Тем не менее у хлороформа имелись и неприятные побочные эффекты: иногда его применение приводило к внезапной смерти пациента, могло стать причиной очень серьезных повреждений печени, почек, сердца и даже (как тогда называлось) «последующего необратимого помутнения сознания».]…

– Но жить она будет?

– Будет…

– Давайте я как ближайшая родственница подпишу документы или что там нужно, и спасайте ее, наконец!

Ага, то есть меня все-таки попытаются вернуть в мир! Только побыстрее бы, а то очень больно…, и я имею шанс помереть прямо сейчас.

– Хорошо, я распоряжусь подготовить операционную. Но учтите, милая девушка, если она недолго проживет после операции, или перестанет узнавать окружающих, Вы не станете предъявить мне претензии!

Ой, что-то мне не нравятся перспективы! А с другой стороны, я и так не помню кто там вокруг меня колготится, так что вряд ли будет хуже.

Главное, чтоб спасли, а с остальным потом разберемся. А потом на лицо легла матерчатая маска и строгий голос потребовал досчитать до десяти. Раз, два, три…

Пробуждение оказалось кошмарным. Боль уменьшилась, став «тупой» и сконцентрировавшись в нижней части живота справа, но общее состояние было таким, что я аж задумалась, не проще ли и впрямь отдать Богу душу. Тошнота, головная боль, спазмы в животе, и слюна, непроизвольно вытекающая изо рта, бр-ррр.

Я попыталась что-то сказать, и тут со стула около моей кровати взметнулась очаровательная молоденькая девушка и уже памятным мне голосом-колокольчиком прозвенела:

– Тетушка Клара! Ты жива! Ты очнулась!

Какая я тебе тетушка? И почему Клара? Меня зовут… а как? А не знаю. В смысле не помню. Плохо дело. А девчонка-то явно уверена в том, что я ее родственница.