Сказка Пикарот

Такие друзья ему были по душе, жаль, разговаривать они не могли. Хотя ноты получились как живые. В голове еще играла музыка, и мысленно он улетел на облачко. О, как он любил там сидеть! Когда Пикарот погружался в фантазии, его лицо преображалось и излучало счастье. Но один он пробыл недолго. Чуть позже к нему прилетели живые ноты, и от них исходила знакомая мелодия. Ноты присели на облачко. Музыка так и играла, это и была новая мелодия, которую недавно придумал Пикарот.

– Вы запомнили ее? – спросил Пикарот у нот.

– Конечно! – сказали они хором. – Это замечательная мелодия!

И они начали все вместе прыгать на белом облачке. Облако было такое воздушное: пружиня на нем, все подлетали вверх и смеялись. Наконец-то Пикарот был открыт и весел – ему было хорошо.

Затем постучали в дверь. Пикарот сидел напротив своего рисунка с открытым ртом – и в этот же миг он очнулся. Вернувшись из мира своих фантазий, он спросил:

– Кто там?

– Открывай! Давай играть! – сказал Крестеух.

Пикарот не очень любил играть с братом: он был младше, да и интересы у них разные.

Но неутомимый братик стучал без устали. Пикарот подошел к двери и посмотрел в два глазка, затем сработал электронный механизм, – и прямоугольная дверь чуть приоткрылась.

Крестеух пнул ее ногой и проскочил в комнату брата. Дверь вертелась, вертелась, вертелась, пока не остановилась. Двери в замке были словно вертушки.

– Что ты делаешь? – спросил Крестеух.

– Я рисовал – вот! – и Пикарот показал свой рисунок.

– Фу, как скучно – разве это рисунок? А где лошадка или дельфин? Давай нарисуем их вместе?! – говорит брат.

– Ну, давай. Хотя я больше люблю рисовать другое, – сказал Пикарот.

– Я вижу, но это не то. Бери голубой карандаш и рисуй мне дельфина. А я нарисую волшебную, серебряную лошадку. У тебя же есть серебряный карандаш? – спросил Крестеух.

– Серебряного нет.

– Но что же делать?

– Не знаю.

Крестеух не знал, где взять серебряный карандаш, и начал кувыркаться на полу – то в одну сторону, то в другую.

Он долго кувыркался и ударился об стену головой. В эту же секунду часть стены приоткрылась, – видимо, это была какая-то дверь.

– Что это? – спросил Крестеух.

– Даже не знаю. Может, это тайная дверь? – говорит Пикарот.

– Пойдем посмотрим, – сказал Крестеух.

– Пойдем, – ответил брат и с открытым ртом зашёл туда.

Крестеух крался сзади. В длинном-длинном проходе свет был приглушен. В некоторых местах он становился то ярче, то темнее.