Теннис

В комнате повисла напряженная пауза, «спортсмен» (как сразу окрестил лежащего) никак не прореагировал на появление новенького.

– Познакомимся, – сказал Пинский, обходя кровать. – Меня зовут Валерий Пинский.

– Саша, – не отрываясь от книги, словно плюнул словом спортсмен.

– Давайте хоть поздороваемся, – протянул руку Пинский.

– Давайте.

Пинский ощутил железную хватку, рука попала в металлические тиски. Пинский ответил тем же. Так они «здоровались» до тех пор, пока рука у Пинского не посинела.

– Ну что ж, – сказал Пинский, – знакомство состоялось. Вы ведь спортсмен?

– А какое вам дело? Вы лечиться сюда явились, а не знакомиться со мной. Для этих дел за дверью сколько угодно желающих. Идите в туалет, там заседает клуб психов.

– А вы разве не один из них? – ответил резкостью на резкость Пинский.

– Слушай, иди ты…

Наступила тяжелая тишина. Как сейчас хотелось Пинскому хлопнуть дверью и уйти.

Но вместо этого лег на кровать, закинул руки за голову. Придется привыкать.

Сосед, конечно, попался… Еще в поликлинике Пинского предупредила участковая, что удобств особых в диспансере нет, здание старое, люксы не предусмотрены. Ему и так досталась палата на три персоны, что не преминула отметить Клара, когда они шли по коридору: «вам повезло, вчера как раз выписался математик».

– Слушайте, Саша, а кто был мой предшественник? – спросил Пинский.

Саша резко повернулся к Пинскому, вдруг улыбнулся. Странная это была улыбка, в глазах стальная жесткость, а рот как бы отдельно являл белые длинные зубы; ежик волос, напоминающий стальную щетку для чистки металла, был разноцветным, посредине проходила белая полоса, а по бокам серая и черная.

– Вижу, нелегкая принесла любителя поговорить. В шахматы играешь?

Вопрос был настолько неожиданным, что Пинский нервно засмеялся.

– Немного, а что?

– А то, что здесь, чтобы не сдохнуть от скуки, надо уметь играть в три игры: онанизм, шахматы и пинг-понг. Петя уже освоил две, сейчас осваивает третью.

– С вами не соскучишься.

– Да не выкай, тут не институт благородных девиц, а вот лучше скажи, зачем ты здесь? В бабу втюрился, а она рога наставила? Или украл чего и совесть заела?

– А что бывает и такая болезнь?

– Сколько хочешь. Я, например, такой страдаю. Украл миллион, а теперь думаю, зачем так мало.

– Такие книжек не читают, – улыбнулся Пинский.

– А ты посмотри, что это за книга.

И Саша повернул к нему обложку толстого тома.