Сказка про трёх сестёр

В одно прекрасное летнее утро взял он от скуки своё охотничье копьё и отправился в лес завалить какую-нибудь дичь, чтобы ему приготовили из неё вкусный обед.

По слухам и разговорам странствующих рыцарей, в этом лесу творилось нечто странное и нечистое; иной путник там сбивался с пути, иной вообще не вернулся назад – то ли дикие звери беднягу растерзали, то ли задушили злые гномы.

Граф не верил ни в какие тёмные силы, суеверные вымыслы и ничего не боялся. Он бодро шагал по горам и долам, преодолевал непролазные заросли и чащи, но так и не изловил никакой добычи.

Устав, присел он под могучим высоким дубом, достал несколько варёных картофелин из ягдташа[1 - Ягдташ (нем. Jagdtasche) – «охотничья сумка» – сумка для ношения убитой дичи и необходимых на охоте припасов и приспособлений.] и немного соли и собрался было уже пообедать… Тут он случайно поднял глаза – глядь! К нему направляется – о ужас! – громадный дикий медведь. Бедный граф содрогнулся от такого зрелища – бежать поздно, а к медвежьей охоте он не был снаряжён, разве что хоть как-нибудь с помощью пики защититься…

Зверь подошёл поближе и прорычал внятно и более чем понятно следующие слова:

– Р-р-р-разбойник! Как ты посмел грабить мои дубравы и лакомиться моим мёдом! За свою дерзость ты поплатишься жизнью!

– Ах, помилуйте! – воскликнул бедный граф.

 – Не ешьте меня, господин медведь. Ведать не ведаю про ваш мёд. Я честный дворянин. Не угодно ли вам угоститься простой домашней едой и быть моим гостем?

И он подал медведю картофелину в своей походной шляпе.

Но тот презрел графский стол и, раздражённо рыча, продолжал:

– Несчастный! Ты хочешь выкупить за такую цену свою жизнь? Сейчас же обещай мне в жёны твою старшую дочь Вульфильду, иначе я тебя немедленно съем!

С испугу граф пообещал бы, пожалуй, влюблённому топтыгину всех трёх своих дочерей и свою супругу в придачу, если бы тот их потребовал, – нужда заставляет пойти на всё!

– Она непременно будет вашей, господин медведь, – промолвил граф, потихоньку приходя в себя.

А затем добавил плутовато, намереваясь обвести медведя вокруг пальца:

– Только с уговором, что вы берёте невесту по законам государства и нашим обычаям – сами явитесь за ней и сами увезёте к себе в берлогу.

– Идёт, – проворчал медведь, – по рукам, – и протянул графу свою шершавую лапищу. – Через семь дней выкупаю её за центнер золота и везу мою возлюбленную к себе во дворец.

– Идёт, – сказал граф, – слово – дело.