Сказки

А капитаном назначили шеф-повара Сковороду по прозвищу Гусиные Лапки, который знал шхуну, как свои четыре пальца. Пятый откусила гигантская креветка, когда он готовил салат. «Хороший повар двух капитанов стоит, – говорил Сковорода, плосконосый увалень в растоптанных домашних тапочках такого размера, что напоминали ласты с карманами. – „Капитан“ происходит от „питания“. Проще говоря, это тот, кто капитально кушает». – И повар извлёк из одного кармана на тапочке аккуратную котлетку, а из другого – булочку.

Маруся тоже хотела отправиться за Эле-Фантиком, но папа Белуга упёрся: «Дурная примета – девочка на шхуне!» «И на кухне девочка – дурная примета!» – поддакнул Сковорода.

– Как же так! Ведь «юнга», например, женского рода! – не унималась Маруся. – Послушайте – «юнга», она!

– Напрасны споры! – крякнул Сковорода. – Возможно, вы правы, и «юнга» женского рода, но ручаюсь – каждый из них мальчик по своей природе.

«Шхуна», «сковорода» и даже сама «кухня» тоже, кажется, женского, однако по своей природе – мужского. Так уж заведено в этом мире! Поверьте на слово старому прибрежному капитану-шеф-повару.

Так Марусю и не взяли на борт. Ей было ужасно досадно, что почти всё вокруг мужского рода по своей природе. Даже её папа Белуга.

– Отчаливайте на рассвете! – распорядился градоначальник. – Найти слонёнка по имени Эле-Фантик – вот задача! По некоторым сведениям он сидит на необитаемом острове.

Запишите координаты! То есть, чтобы понятнее, – адрес. А если угодно, – рецепт или меню…

«Эх, мен-ю-ю-ю», – вздыхали официанты. «Реце-е-е-пт!» – смахивал тайком слезу шеф-повар. От мирной ресторанной жизни на шхуне «Параундир» мало чего осталось. Господин Белуга присвоил всем новые звания – «матрофицанты», а Сковорода стал окончательно Гусиными Лапками – «кокпитаном первого ранга».

Только паруса в клеточку, на которых матрофицанты с утра до вечера резались в морской бой, напоминали о прежних счастливых днях.

Да ещё огромная кухонная мясорубка – с её помощью младший кухарь Чумичка поднимал и опускал паруса. Уж так ему нравилось крутить ручку, наматывая и разматывая снасти! Ни на минуту не бросал этого занятия, и очень тревожил остальную команду и саму шхуну «Параундир».

– Что за винегрет?! – воскликнул, наконец, кокпитан.