Сказки дядюшки Римуса

Храбрый Братец Опоссум

– Как-то ночью, – сказал дядюшка Римус, посадив мальчика к себе на колени и задумчиво поглаживая его по волосам, – как-то ночью Братец Опоссум зашёл к Братцу Еноту; опростали они большую миску тушёной моркови, выкурили по сигаре, а потом отправились погулять, посмотреть, как поживают соседи. Братец Енот – всё трусцой да трусцой, Братец Опоссум – вприскочку да вприпрыжку. Братец Опоссум до отвала наелся фиников, а Братец Енот наглотался вволю лягушек и головастиков.

Гуляли они, гуляли, дружные, как котята в лукошке. Вдруг слышат – где-то в лесу сама с собой толкует Собака.

– Вдруг она кинется на нас, Братец Опоссум, – что ты будешь делать? – спросил Енот.

Опоссум усмехнулся только:

– Ну уж я не дам тебя в обиду, Братец Енот. А ты что будешь делать?

– Кто? Я? – сказал Енот. – Пусть попробует, сунется только – все рёбра пересчитаю.

А Собака увидала их и не стала тратить времени зря. Она и поздороваться не успела. Прямо кинулась на них, и всё тут.

Братец Опоссум в ту же минуту осклабился, рот до ушей, и кувырнулся на спину, будто мёртвый.

А Енот – тот мастер был драться. Подмял под себя Собаку и ну трепать. Правду сказать, от Собаки немного осталось, а то, что осталось, вырвалось и наутёк, в самую чащу, будто кто пальнул из ружья.

Вот Братец Енот привёл свой костюм в порядок, встряхнулся, а Братец Опоссум всё лежал, как мёртвый. Потом осторожно привстал, огляделся да как ударится бежать, только пятки засверкали.

В другой раз, как повстречались Опоссум и Енот, говорит Братец Опоссум:

– Здравствуй, Братец! Как поживаешь?

Но Енот – руки в карманы, здороваться не хочет.

– Ты что ж это нос воротишь, Братец Енот? – спрашивает Опоссум.

– Я с трусами и разговаривать не хочу, – отвечает Енот. – Ступай своей дорогой.

Братец Опоссум разобиделся – страх.

– Кто ж это трус, нельзя ли узнать?

– Да ты, конечно, – говорит Братец Енот. – Очень нужны мне такие приятели, что кидаются на спину и строят из себя мёртвых, чуть дело дойдёт до драки.

Братец Опоссум, как услышал эти слова, ну смеяться, ну хохотать.

– Неужто ты думаешь, Братец Енот, что это я со страху? Не думаешь ли ты, что я испугался несчастного пса? И чего мне было бояться? Я ведь отлично знал, что, если я не слажу с этой Собакой, ты-то задашь ей жару. Да я просто лежал и смотрел, как ты треплешь её, и ждал, когда мне придёт черёд позабавиться.

Но Братец Енот только нос наморщил.