Сказки комнатных растений

Не сгибала кожуру, поднося к огню?

– Нет, не баловалась, – серьёзно ответила я. – Баловаться с огнём нельзя!

– Это правильно, – ответила Пеларгония.

– Ну, и чего? И Чего? Чего будет-то, если корку к огню поднести? – заинтересовалась Глупость.

– Не просто поднести, а согнуть так, чтобы появилась струйка эфирного масла. Оно вспыхивает с треском и сразу гаснет.

– Надо попробовать, спички где? – спросила Глупость.

– Спрятаны, – сурово ответила я, хотя отлично знаю, где бабушка прячет от меня спички.

 – А что такое эфирные масла?

– Вы приглядитесь к моим листочкам внимательно. Видите, сколько волосков?

Действительно, лист Пеларгонии был пушистым от крохотных волосков.

– Каждый такой волосок – это пузырёк с длинной ножкой. В пузырьке спрятано эфирное масло. Когда он лопается, эфирное масло струится наружу.

– Так что же это? Эфирное масло?

– Да? Уж или эфир, или масло! А то масло масляное получается, вернее, масло эфирное, – отозвалась Глупость.

– Своё название это вещество получило неслучайно.

Оно густое, как масло, но быстро улетучивается, как эфир. Но это не масло и не эфир.

– Приехали… А проще? – скривилась Глупость.

– Эфирные масла – это ароматные жидкости.

– Так вот почему растения пахнут! – воскликнула я.

– Конечно! И у каждого обязательно есть свой аромат.

– Ну, так понятно. А чего это ты раньше-то не светилась? – вредным голосом спросила Глупость. – Сидела, сидела, главное, а тут, БАЦ, на тебе! Засветилась!

– Сегодня очень жарко! Так жарко, как никогда! – ответила Пеларгония.

 – Вот я и окутала свои листочки с цветами эфирным маслом, как дымкой, чтобы они не перегрелись.

– Опомнилась! – вытирая пот с лица, ответила Глупость. – Это днём надо было окутываться, а сейчас уже солнце заходит!

– А я весь день такая стою, это вы смогли моё свечение увидеть только в лучах заходящего солнца.

– Да! Сегодня «африканская» жара, – вспомнила я бабушкины слова.

– А мы, пеларгонии, жары не боимся. Мы сами африканские! Поэтому хорошо научились защищаться от иссушающих лучей солнца.

– Ты из Африки?! – задохнулась я. – Вот здорово!

Листья Пеларгонии затряслись, словно она засмеялась:

– Ты хочешь в Африку?

– Ещё как!

– Наклонись и вдохни мой аромат, – таинственно проговорила Пеларгония.

– Аромат? – страшным голосом завопила Глупость. – Это называется аромат? Этот противный, тошнотворный, непроглатываемый запах называется а-ро-ма-т?

Я замерла.