Сказки на счастье

Днём он уставал, а вечером устраивался на каком-нибудь цветке и, вглядывался в звёздный простор. Ночное светило опять представлялось ему прекрасным новым домом, где все так ярко и празднично. Он рисовал в своём воображении картинки, где все печали и беды теряют свой смысл в этом ярком свете. У него не было сомнений, но и не было уверенности, просто он знал!

Если честно, мотыльку было немного страшно. Он как-то глубоко забрёл в темноту и заросли, крылышки его намокли и было трудно лететь, приходилось идти.

– Ну, вот и все, – подумал он. Больше ничего нет. Он просто созерцал Зловещую пустоту.

И тут в траве в самой низине он увидел маленький, набирающий яркость свет. Это был Светлячок.

Крошечный хвостик этого жучка был как фонарик. Мотылёк и Светлячок без слов поняли друг друга. Они шли рядом, а потом полетели рядом.

Удивительная способность Светлячка быть огоньком в ночи вывела путешественников из леса к берегу моря.

От картины, которая открылась их взору, у Мотылька навернулись слезы. Теперь это были слезы счастья. Да-да… перед ним была огромная, яркая луна! Она была низко-низко, и близко-близко. И все было так, как представлялось ему раньше в его снах. Лунная дорожка, друзья-мотыльки танцующие в отблесках лунного сияния. Луна вблизи была именно такой, какой виделась Мотыльку в мечтах. Яркий диск с кратерами, которые делали ее ещё более сказочной и загадочной.

Праздник в душе и счастье испытывал Мотылёк, оттого, что, отныне, луна будет его светлым домом.

– Я знал, – все повторял Мотылек. – я знал....

А в это время где-то на далекой поляне, лёжа в белых цветах, доедая спелую клубнику, впервые подняв голову вверх, Кузнечик думал:

– Наверное, Мотылёк уже дошёл до своей луны.

Это была июньская ночь полнолуния, которое поэтично называют клубничным.

Ручная работа

Самой сложной проблемой во время плетения паутины был ветер.

Поэтому, паучок Пашка плёл свои шелковые сети в самых укромных местах за густыми кронами деревьев. Но хитрец ветер и туда умел пробраться. Он дул на серебряные нити паутины и разрывал их. При этом весело смеялся и дразнил паучка:

– Пашка, зачем плетёшь паутину? Ловишь в свои сети комаров и мошек?

– Ничего ты не понимаешь, – отвечал паучок. – Я картины пишу.

– А что это за картина? – не унимался ветер. – Я что-то не пойму, что на ней изображено.