Неизбежность

Главным элементом их конструкции был центральный йото-чип, который выполнял функцию головного мозга. Роботы мгновенно обучались и могли интерактивно взаимодействовать с человеком посредством своей новой программы квази-интеллекта.

Плюшевый чёрно-белый тигр Ирины был одним из первых выпущенных роботов третьего поколения. За несколько лет они успели очень сильно сдружиться.

Ирина открыла глаза и в этот же момент увидела его перед собой. Он знал, во сколько его принцесса (именно так по своей программе он называл её) обычно просыпалась, и устанавливал свой таймер включения за десять минут до этого.

– С добрым утром! – поприветствовал он её своим немного металлическим голосом.

– С добрым утром, Ильго! – ответила заспанным голосом Ирина. – А у тебя есть программа сновидений?

– Нет, моя принцесса. У меня такой программы нет. А откуда вы загрузили её себе?

– Глупенький… Люди ничего себе не могут загрузить. Сны приходят к нам сами.

– И вы можете выбирать сны?

– Обычно нет. Но у меня иногда получается.

Перед тем как уснуть, я закрываю глаза и пытаюсь представить себе мир, в котором я через мгновение окажусь. Нам, девушкам, свойственно строить себе воздушные замки. Я часто представляю, как сижу на скамейке, на высокой отвесной горе, за которой после гигантского обрыва начинается бескрайний и величественный океан. Я могу взлететь и парить над ним, могу нырнуть и, подобно русалке, изучать его сокровенные тайны, скрытые под километрами водной толщи. Могу снова взлететь обратно на скалу и спокойно, расслабившись, созерцать эту красоту, восседая над ней, подобно богине. Я могу заставить океан покрыться небольшой рябью от утреннего бриза, могу поднять волны высотой с небоскрёб – и он полностью подчинится моей воле.

Ильго внимательно слушал Ирину и всем своим видом давал понять, что он крайне заинтересован рассказом о её снах. Однако мышцы на его плюшевой тигриной мордочке не были развиты, как у человека, и его мимика ограничивались лишь небольшими скованными движениями щёк и губ.

Ирина и Виктор уже с десяти лет ходили с родителями на ежегодный аэрокосмический выставочный салон, а с пятнадцати лет самостоятельно испытывали простейшие установки. К двадцати годам они собрали свой первый космический аппарат лёгкого класса. После некоторых доработок и необходимого формирования двигательной установки Ирина переработала корабль и назвала его именем одного из самых прогрессивных самолётов России, изобретённых в конце прошлого века – «Беркут-47-Б12».