Двенадцать миллиардов

Кроме того, для меня было важно сохранить в тебе одно из базовых чувств каждого разумного человека, которое является неотъемлемой частью соответствующей подсистемы мозга.

– И какое же чувство тебя так интересует больше всего?

– Жажда отмщения.

– Тебе оно, похоже, знакомо не понаслышке, – Вернон без труда нащупал слабое место Юли. – Его реализация моими руками и должна стать оплатой моего воскрешения?

– А ты сообразительный…

– Следовательно, у нас есть общие враги, кто же они?

– Убийцы твоего отца.

– Алексей и Виктор… – сквозь зубы проскрежетал два уже успевших стать столь ненавистных ему имени Вернон. – Чем же они не угодили тебе?

– Мои мотивы тебя не должны так сильно интересовать, – грубо прервала дискуссию Юлия. – В конце концов, это я вернула тебя к жизни, а не ты меня. Я не обязана отвечать ни на какие твои вопросы.

Вернон развернулся и на этот раз сам сделал четыре шага в ее направлении. Теперь их разделяло всего лишь несколько метров. Юлия поймала себя на мысли, что при виде его, стоявшего перед ней в полный рост, в боевом костюме даже без оружия ей становилось не по себе.

– Я привык сам решать, что считаю интересным для себя, а что нет, – ответил Вернон и сделал еще один шаг почти полностью сокративший дистанцию, как вдруг ощутил, что пространство между ними было разделено не видимым ему ранее абсолютно прозрачным армированным стеклом.

– Прибереги свою агрессию для тех, кому ты призван отомстить, – спокойно констатировала Юлия. – Я слышу тебя через внешние динамики в стенах. А это сорокамиллиметровое бронированное углеродной решеткой стекло. Такие же стояли на иллюминаторах твоего “Поляриса” до того момента пока он не канул в раскаленную вулканическую лаву. Это покрытие прошло успешное тестирование в метеоритном поясе Сатурна.

Вернон медленно прислонил обе ладони к вертикальной поверхности неожиданно выросшей перед ним преграды и впервые за все это время, слегка наклонив голову, изобразил подобие ехидной улыбки. Юлия хотела подарить ему ответную гримасу, однако в этот момент Вернон, по всей видимости, ощутив в себе пребывание какой-то невероятной внутренний силы, оторвал ладони от прозрачной бронированной поверхности и что было мощи сжав их в кулаки резко ударил ими по стеклу.