Сказки русских писателей. 3-4 класс

В это мгновенье,

спустившись с пригорка,

Царь Квакун со свитой своей приближался.

Царевич

Белая шубка, увидя царя с такою толпою

Несколько струсил, ибо не ведал, доброе ль,

злое ль

Было у них на уме. Квакун отличался зелёным

Платьем, глаза навыкат сверкали, как звёзды,

и пузом

Громко он, прядая, шлёпал. Царевич Белая

шубка,

Вспомнивши, кто он, робость свою победил.

Величаво

Он поклонился царю Квакуну. А царь,

благосклонно

Лапку подавши ему, сказал: «Любезному гостю

Очень мы рады; садись, отдохни;

ты из дальнего, верно,

Края, ибо до сих пор тебя нам видать

не случалось».

Белая шубка, царю поклоняся опять, на зелёной

Травке уселся с ним рядом, а царь продолжал:

«Расскажи нам,

Кто ты, кто твой отец, кто мать, и откуда пришёл

к нам?

Здесь мы тебя угостим дружелюбно, когда,

не таяся,

Правду всю скажешь. Я царь и много имею

богатства —

Будет нам сладко почтить дорогого гостя

дарами».

«Нет никакой мне причины, – ответствовал

Белая шубка, —

Царь-государь, утаивать истину.

Царской, весьма на земле знаменитой;

отец мой из дома

Древних воинственных Бубликов,

царь Долгохвост Иринарий

Третий, владеет пятью чердаками,

наследием славных

Предков, но область свою он сам расширил

войнами:

Три подполья, один амбар и две трети ветчинни

Он покорил, победивши соседних царей,

а в супруги

Взявши царевну Прасковью-Пискунью

белую шкурку,

Целый овин получил он за нею в приданое.

В свете

Нет подобного царства. Я сын царя Долгохвоста,

Пётр Долгохвост, по прозванию Хват.

Был я воспитан

В нашем столичном подполье

премудрым Онуфрием-крысой.

Мастер я рыться в муке, таскать орехи,

вскребаюсь

В сыр и множество книг уже изгрыз,

любя просвещенье.

Хватом же прозван я вот за какое смелое дело:

Раз случилось, что множество нас,

молодых мышеняток,

Бегало по полю взапуски; я как шальной,

раззадорясь,

Вспрыгнул с разбегу на льва,

отдыхавшего в поле, и в пышной

Гриве запутался; лев проснулся и лапой огромной

Стиснул меня; я подумал, что буду раздавлен

как мошка.

С духом собравшись, я высунул нос из-под лапы.

«Лев-государь, – ему я сказал, —

мне и в мысль не входило

Милость твою оскорбить; пощади, не губи;

не ровен час,

Сам я тебе пригожуся». Лев улыбнулся (конечно,

Он уж покушать успел) и сказал мне:

«Ты, вижу, забавник.

Льву услужить ты задумал.