Сказки русской матрёшки о чудесах России

– Ладно, Василина, была, не была! Только потом не прячься, когда бабушка бранить будет, получать, так вместе! – сказала девочка и распахнула сундук. Чего там только не было: плюшевый кафтан, марикеновый плащ, юбки суконные, платки цветастые, чулки вязаные. А ещё бумаги какие-то пожелтевшие, резинкой стянутые и ворох писем.

– Вот одного не пойму, что же тут могло стучать? – заметила девочка.

– Мяу, – вкрадчиво ответила кошка. Только до слуха Полинки внятно донеслось "Там, под письмами!".

– Прямо загадочный чулан, чего только не услышишь! – удивилась девочка. Вытащила письма, а под ними старые кремовые кружева и мешочек атласный белыми розами расшитый. Только сейчас Полина заметила на самом дне матрешку, разукрашенное личико и наряд которой совсем поблекли, кое-где виднелись мелкие трещинки.

– Одиноко тебе тут, куколка, вот ты и попросилась наружу, – сказала Полинка и взяла русскую старинную игрушку в руки.

Тут с улицы раздался скрип старенькой ржавой калитки и шарканье ног.

– Ой, Василинка, бабушка вернулась! Быстрее, надо всё убрать!

Покидала она вещи в сундук кое-как, наспех замкнула замок, бросила ключик на гвоздь, а матрешку во фланелевый карман платьица спрятала. Бегом из чулана и нырк под одеяло на печку. А кошка тем временем выскочила навстречу старушке и вьется под ногами, ластится, преграждая путь.

– Чего, хитрунья, трешься, иль натворила чего? – спросила бабушка.

Зашла в дом бабушка и позвала: – Полинушка, внученька, слезай с печки. Я медку принесла. Ужинать будем. Достанем сейчас твороженку из печи, не успела, поди, остыть.

Поели они вкусно и спать улеглись. Не заметила старушка суетливости и щечек Полинкиных раскрасневшихся. А девчушка и рада, укуталась в одеяло, прижала матрешку к себе, приговаривает: – Сейчас баба Дуня уснет, я тебя получше рассмотрю.

Заскрипела панцирная сетка внизу, повернулась бабка на бок и захрапела. А Полинка достала стеклянную баночку с маленькой свечкой, зажгла тихонечко и стала куколку разглядывать. Кубышечка в красном платочке, белой рубашке и красном сарафанчике с личиком ангельским.

– А ну-ка, дай на твоих сестрёнок поглядеть! – повернула Полинка верхнюю половинку матрёшки, приоткрыла и ахнула.