Инара

Все животные засуетились, забегали, пытаясь спрятаться. Игнат наступил на траву. Ветер стал ещё сильнее. Из леса вышел всадник на коне в яблоках, многие называют таких белыми, несмотря на серые пятна на крупе. Человек, сидящий на коне, взял лук и выстрелил вверх, после чего поймал гуся. За ним появился и другой человек на гнедом жеребце. Он резко вытащил меч из ножен, поднял его высоко, и вот уже на мече том голубь.

– Давно ты здесь, брат? – спросил человек на гнедом коне.

– Уж больше четырёх годов, два из которых ты провёл со мной, – ответил первый всадник.

– Придут ли другие наши братья сюда?

– Вон уже вороной конь виден, стало быть, придут.

Игнат проследил за взглядами людей и увидел человека с весами на коне. Солнце стало греть невыносимо жарко. Игнат увидел огонь на высоком дереве, который очень быстро пожирал древесину. Деревья почти что осыпались пеплом на землю, заставляя всех животных и птиц бежать прочь, расталкивая друг друга.

***

– Вставай ты уже! – услышал Игнат голос соседа по комнате, – опять лошадки снились? – спросил тот.

Игнат устало кивнул.

– И как ты это понял? – поинтересовался юноша.

– По твоему выражению лица, – усмехнулся Андрей, – Давай собирайся, тебе ещё канадцев на набережную вести.

– И вот зачем эти канадцы сюда едут, а?

– Лучше скажи им спасибо, а то бы у тебя совсем работы не было.

Игнат поднялся с постели и неспеша начал одеваться. Достаточно долгое время ему снился один и тот же сон, что уже изрядно надоело молодому человеку.

Ещё будучи ребёнком, он проявлял интерес почти ко всему, к чему только мог, хотя находить общий язык со сверстниками было сложно.

Так уж сложилось, что мальчишка пугался почти всего и ужасно не любил делиться. Что поделать, он искренне не понимал, в чём наслаждение забираться как можно выше на деревья и прыгать с них, хоть и на снег, и также не понимал, почему он должен делиться чем-то своим с какими-то другими людьми.

В школе, став подростком, всё изменилось. Немного. Трусость Игнат стал называть рассудительностью и понял, что с некоторыми людьми делиться полезно, ведь они могут что-то дать взамен.

Именно в этом возрасте юноше начинает хотеться быть лучшим. Лучше других. Можно сказать, что это у него весьма получается. Он лучше всех проносил мимо учителей то, чему в школе не место, также лучше всех скрывал это от родителей, лучше всех научился списывать и лишь одной своей улыбкой мог расположить к себе и учителей, и одноклассниц. А потом и однокурсниц.