Человек с мешком

Но, покорив Терет, остравские короли оставили его себе лично. Сделали, так сказать, городом не местного, а центрального подчинения. Шаг тоже вполне понятный. Закономерный даже, я бы сказал.

Не на прокорм же местной администрации было все это отдать. Вот только две вещи здесь оказались не учтены. Или просто отброшены… Не знаю. Эта самая местная администрация, про которую уже говорилось. Во-первых. И, как ни странно, сам Терет – во-вторых. Впрочем, чего странного. Городу, понятно, хотелось опять стать независимым.

Захотелось поежиться. Тоже мне… Тем не менее всегда какая-то часть городского парламента лелеяла мечту об отделении. Смертоубийственную. Как объяснил мне толстяк, зажав сигару в пальцах. Поскольку едва город обособится, как окажется отделен от моря – ближайшего свободного пространства – кучей таможен, где бароны промышляют этим на жизнь. И на уплату королевских налогов.

Сейчас Терет это минует как королевскую собственность. Тогда же пошлина съест практически всю прибыль. И это в лучшем случае! Но даже и не в этом было в конечном счете дело.

Терет – город северный. Как опять же Новгород. Я уже отмечал. И климат здесь примерно схожий, может, поконтинентальней. Но значит это все равно то же самое, что и для Новгорода древнерусского.

Регулярный хлебный недород. А без хлеба и охота не очень спасет. Все равно протянешь ноги. Терет держится только торговлей, цивилизацией, если так можно выразиться.

А прекрати он платить дань королю – прекратится и государственный подвоз хлеба. А цены на частный вырастут многократно. И все. Даже воевать не понадобится.

Через несколько лет от города останется пустырь. Как в свое время остался от легендарной Мангазеи, жившей на всем привозном – от хлеба до гвоздя.

Выслушав все эти сведения по экономической географии, я все равно ничего не понял. И так и сказал всем четверым. В итоге мне пришлось выслушать еще одну лекцию.

Тот самый правитель северного края, о котором уже упоминали, герцог Беран, спал и видел, оказывается, как бы заполучить под свою руку Терет. И не совсем беспочвенно. Поскольку те самые сепаратисты из городского Совета вполне об этом его желании знали. И на этом нерве наигрывали, не очень-то скрываясь. Ни та ни другая стороны в этом вопросе не задумывались, каким путем их бред может стать явью.