Сказы Матушки Оки

Да сам хозяин леса – косолапый медведь – катал детишек на спине, пока по полянке разливалось дивное двухголосие.

Но вокруг них мир людей не переменился. Как каждую зиму лёд сковывал реку, так и люди упрямо продолжали существовать по своим древним диким обычаям: око за око, зуб за зуб. И порой в самое суровое глухозимье чудилось, будто не придёт весна, и не заполыхает белым огнём черёмуха, и также вовеки не переменится безжалостное бытие.

Родичи девушки жаждали только одного – разлучить Леля и Ладу – и продолжали их разыскивать во всей округе, посулив награду за голову похитителя.

Они упрямо убеждали друг друга: «Лель – сирота, и за его спиной никого нет! Люди не должны жениться на неровнях! А его музыка и песни отрывают людей от работы! За нарушение вековых обычаев Лель достоин только одного – смерти». И звериная ярость светилась в их очах розовыми углями, овладев разумом и сердцем.

Как-то один охотник несколько дней гнался за раненым кабаном и забрёл в такую глухомань, в которой никогда не бывали люди.

В глуши он случайно приметил одинокое жилище. Укрывшись среди зарослей папоротника, охотник признал в обитателях загадочной хижины сбежавших влюблённых. И, возвратившись в селение, торжествуя, поведал людям, где прячутся беглецы. Щедро наградили охотника родные Лады.

Немедля взявши ножи и копья, сродники девушки собрались в дорогу и через три дня пробились к одинокому дому на лесной поляне. Спрятавшись в подлеске, они подкараулили Леля и наконец-то схватили, повалив на землю и крепко-накрепко скрутив его запястья и ноги верёвкой из крапивы.

А он всё время умолял их об одном – не карать Ладу и детей.

Вскоре жестокие люди убили мужчину. Его бездыханное тело отволокли за ноги на песчаный берег и бросили в камыши. Приют влюблённых подожгли и, громко ругаясь, швырнули в пламя все дудки рыбака. Ладу с малышами силой отвели к родителям и вскоре выдали замуж за жениха из состоятельной семьи.

А Первая Любовь после гибели Леля умолкла, укрывшись в шатре из трепетных ветвей плакучих ив, что изредка роняют серебристые листья на воду.

Только при свете луны бродяга – полуночный ветер возвратил её к жизни, закружив в своих объятьях, и унёс в беспросветное небо, подальше от залитой багряной кровью земли.

Миновало много лет. Круги на воде давно разошлись, и только мелкая рябь от присланного ветряным царём закатни-ка портила серую холстину реки. Всё, без остатка, сгинуло от канувшего в Лету сироты.