Склад поношенных носков

– Спасибо! – приняв из рук старушки ее инструмент, Бубик принялся водить им над местом своего преступления. Стеклянная пыль зашевелилась, затем собралась в островок, и суетливо подпрыгивая, начала образовывать форму сосуда.

– Вот видишь, ничего страшного не случилось, – подытожила старушка, уже помещая сосуд на полку. – Ты нашел выход.

– Если бы не носки уверенности, я бы до сих пор считал себя неудачником и не знал, как исправить свою ошибку, – перед тем, как продолжить помогать хранительнице, Бубик сделал в блокноте новые заметки.

– Каждому необходимо то, что внушает ему уверенность и наполняет силами, – согласилась хранительница. – Но нам стоит помнить, что мы сами так же можем стать носителями подобной магии.

– Как? – не понял Бубик.

– Как мама мальчика, владеющего носками уверенности до того, как они попали на наш склад. Пока будем работать, я успею рассказать тебе эту удивительную историю.

– Она точно будет для меня полезна, – дважды кивнув, Бубик в очередной раз скользнул за дверь.

Бабушка Шудика оказалась талантливым рассказчиком. Слушая ее мягкий голос, Бубик так погрузился в историю о носках уверенности, что ему начало казаться, что он воочию видит всех ее героев.

Вот мальчик, в слезах бегущий со школы…, вот догоняющие его насмешники…, вот уже звучит не голос старушки, а мальчишеские голоса.

– Неудачник!

– Неуклюжий слабак!

– Это же надо, свалиться в бассейн, запнувшись об собственную ногу!

– Что вы! Он же у нас чемпион! Никто другой не умеет так хорошо плавать, как он!

– Точно! Он – настоящий самородок! Лучше всех в мире плавает топориком!

– Нырнул – и уже на дне! Гениально!

Три мальчика прекратили погоню и громко захохотали, театрально схватившись за животы.

– Мама! Я никогда-никогда не смогу стать таким, как другие ребята! – Запнувшись за порог дома, плачущий мальчик упал в объятья вовремя подоспевшей мамы. – Я самый неуклюжий на всем белом свете!

– Ну, что ты, сынок! Ты у меня самый лучший и особенный, – полушепотом проговорила женщина и, стерев рукой слезы с лица сына, помогла ему снять ботинки, под которыми прятались полосатые носки.

– В чем я особенный и лучший, мама? В чем? Ты говоришь все это просто так, я знаю. Ты видишь, я даже разревелся, как слабак.

– Плачешь ты не потому, что слабак, а потому, что у тебя есть сердце. И это сердце настоящее, – не каменное. И я им горжусь.