Смерть мертвым душам!

 – Это «Сумерки» у нас любят страху напустить…

– Засохни, а? – лениво отозвалась книга с вампиром на обложке.

– Из-за таких вот, иноземных, – подал голос том с рожью на обложке, – мы и растеряли духовность! А все почему? Сильной руки нет! Сильная рука смогла бы всех к ногтю!..

– К сильному ногтю? – уточнил Маленький принц, но ответа не дождался.

Энциклопедия глянула на полки классиков: там царила такая значительная тишина, что сразу стало ясно – думают о вечном.

– Кинг, вы как? – спросил Словарь. – Можете шугануть эту дамочку?

– Могу! – ответил Кинг.

 – Только мне помощь понадобится. Добровольцы есть?

Глава 4. Новая и рыжая

Валя раньше не видела бабушку такой – сухой и сжатой, как засохший лимон на тарелочке.

Даже голос у нее стал бесцветный. Она никогда не говорила про свою любимую библиотеку таким мертвым голосом.

– Это у нас абонемент, тут читальный зал, там… ох…

Елена Степановна присела на стул.

– Воды? – подскочила Кира.

– Нет! – отрезала Елена Степановна.

 – Обойдусь я без вашей воды!

Бабушка грубит? Валя так удивилась, что даже не испугалась бабушкиной грубости. А Кира, кажется, не понимала, что происходит что-то невозможное, спокойно шла вдоль стеллажей, рассматривала книги.

Оглянувшись на сердитую бабушку, Валя побежала за практиканткой.

– А вы знаете, что книги умеют разговаривать? – выпалила Валя.

– Конечно! – спокойно ответила Кира и сняла с полки затертый томик.

– «Вдруг свет погас, выстрел и ее крик!»[5 - Борис Акунин.

Азазель.] – громко прочитала она.

Но вместо того, чтоб испугаться, Кира засмеялась:

– Напугать меня решили? Ну-ну? Мы еще посмотрим, кто кого напугает.

– Знаешь, я давно поняла, что книги страшные консерваторы, – сказала Кира Вале. – Ты знаешь, кто такие консерваторы? Те, кто не хочет, чтобы в жизни что-то менялось. Они привыкли жить, как живут, и боятся перемен.

– Сейчас я вам погадаю, товарищи книжки, – заявила Кира и пристально оглядела стеллажи, пошла к дальнему, наклонилась и вытащила с полки книгу.

Вале показалось, что книжка при этом упиралась изо всех сил.

– «Дом предназначен на слом. Извините,

Если господствуют пыль в нем и мрак.

Вы в колокольчик уже не звоните.

Двери распахнуты. Можно и так»[6 - Булат Окуджава. Старый дом.], – громко прочитала Кира.

– Где вы видите пыль? – голос Валиной бабушки зазвенел, как трамвайный звонок.

– Елена Степановна, дорогая, вы посмотрите вокруг! – мягко начала разговор Кира.