Снегурочка на летающей чашечке

Когда он приэллонился, Катя, принц и Ри Цы вышли на крылечко. И сразу же увидели короля – папу принца. Он выглядел как десятилетний мальчишка; потому что время-то здесь текло совсем не так, как на Земле.

– Ну что, сынок, нашёл принцессу? – спросил король-мальчишка.

– Нашёл, папа, – ответил принц. – Знакомься – принцесса Катя.

– Очень приятно, – сказал король.

– Мне тоже, – сказала Катя.

– Папа, а ты знал, что Эллония выйдет замуж за Меллония? – поинтересовался принц.

– Да, знал, – кивнул король. – Мне перед вашим отлётом сообщила об этом Ри Цы.

Она же самая лучшая предсказательница во всей нашей Галактике.

– Ой, да ладно вам, Ваше Величество, – засмущалась от такого комплимента Ри Цы.

– Ну что ж, дети мои, – обратился король-мальчишка к принцу с Катей, – занимайте самый большой дворец и живите себе на здоровье.

– А можно нам жить в этом домике? – попросила Катя. – Он мне так нравится.

– Но это же космический корабль, – сказал король.

– Для вас – космический корабль, а для меня – ветхий домик с разбитыми окнами, – улыбнулась Катя.

– А зачем жить в ветхом доме? – не понимал король. – Да ещё и с разбитыми окнами?

– Ерунда, папа, – сказал принц. – Стёкла вставить – пара пустяков.

…И принц с принцессой стали жить в домике, в окна которого каждое утро заглядывало сразу два солнца: сиреневое и черёмуховое. Что же касается крысы Ри Цы… ой!.. простите… что же касается предсказательницы Ри Цы, то после того, как она предсказала, что Эллония выйдет замуж за Меллония, ей от эллонцев и меллонцев буквально отбою не было.

Всем им хотелось узнать, что же их ждёт в будущем?..

И надо заметить, что всех эллонцев с меллонцами в будущем ждало одно только хорошее, потому что добрая Ри Цы всем им говорила:

– У вас всё будет хорошо!

Девочка и лифт

Жил-был лифт. В двенадцатиэтажном доме. Когда этот дом только-только построили, лифт был совсем-совсем ещё молоденьким. С весёлым жужжжжаним – жжжжжжж – летал он, словно пчёлка, между этажами – вверх-вниз… вверх-вниз… И ему это очень нравилось.

В особенности ему нравилось подниматься с первого этажа на двенадцатый; впрочем, опускаться с двенадцатого этажа на первый ему тоже нравилось.

Но время шло-шло-шло… Лифт потихоньку старел-старел-старел… И теперь ему больше нравилось спускаться, чем подниматься. А ещё больше ему нравилось просто стоять на месте. И он частенько останавливался между этажами, чтобы передохнуть.

И люди – жильцы этого дома – начали ворчать на лифт.