Снегурочка на летающей чашечке

Но Лерочка опять сказала:

– НЕТ!

А через некоторое время по болоту поползи слухи, что Леруа Кент, то есть пиявку Лерочку, выловили юные натуралисты; отнесли в городскую школу и поместили там в стеклянную банку со спиртом.

Лягушонок Квакин тотчас же – прыг-скок, прыг-скок – отправился в город.

В городе он отыскал школу, а в школе отыскал кабинет зоологии.

И, представьте себе, увидел там свою ненаглядную Лерочку. Она действительно сидела в банке со спиртом.

– Какое счастье! – запрыгал от радости лягушонок Квакин.

– Никак Квакин явился? – приоткрыв один глаз, сказала Лерочка. – Ох, и достал же ты меня, братец.

– Богиня моего сердца! – воскликнул лягушонок. – Будь моей женой!

– Квакин, – ответила Лерочка хриплым голосом, потому что уже основательно проспиртовалась в банке, – мне здесь предложение настоящий скелет делал из кабинета анатомии. И то я за него замуж не пошла: слишком костляв. А за тебя, заморыша склизкого, тем более не пойду.

Лягушонок Квакин ни капельки не обиделся на Лерочку за эти слова. Наоборот, глядел на неё с трепетной любовью и обожанием.

– Любимая, – начал он проникновенно, – это я только с виду такой, а внутри…

– Ой, слыхали мы эти сказки, – перебила его Лерочка. – То, что ты внутри беленький, пушистенький, да ещё с крылышками. Нет, дорогуша, я теперь учёная. Каждый день учителя зоологии Пафнутьева слушаю. Никакой души не существует. Ни беленькой, ни чёрненькой. А есть внутренности: ну там кишки всякие, печёнки, селезёнки…

– Ты ошибаешься, Лерочка, – принялся ласково переубеждать пиявку Квакин.

Лягушонок не успел договорить, потому что вдруг кто-то схватил его за лапку и перевернул вниз головой.

Это был учитель зоологии Пафнутьев.

– Лягуха! – радостно завопил он.

– Отпустите меня, пожалуйста, – с достоинством произнёс лягушонок Квакин. – Вы ведёте себя неприлично.

– Ха-ха-ха! – захохотал Пафнутьев. – Лягуха квакает!

– Послушайте, – покраснел от стыда за Пафнутьева лягушонок Квакин, – вы же человек! Своим поведением вы оскорбляете своё человеческое достоинство.

– Счас поглядим, лягуха, чё у тебя внутри! – И Пафнутьев взмахнул скальпелем.

И раз!.. раз!.. раз!..

Зелёная кожица упала на пол… А к потолку вспорхнула беленькая пушистенькая душа с крылышками.

– Ни фига ж себе, – отвисла челюсть у Пафнутьева. – А где ж внутренности?.. Эй! Эй!.. – начал он гоняться за душой по всему кабинету.