Лунный эбен

А была ли, вообще, гроза?

Вдохнув полной грудью пьянящий ароат леса, ла вдруг поймала себя на мысли, что чувствует каждую отдельную нотку этого букета – сладкий запах земляники, тонкий аромат малины, терпкий можжевельник, папоротник, отдающий сыростью, пьянящий багульник… Развернувшись спиной к дому, она сделала шаг по тропинке, и в это мгновение до нее донеслось тихое: «До встречи, избранница Владыки».

Вздрогнув, девушка обернулась:

– Кто здесь? Что за шутки?

Но в ответ – безбрежная тишина.

Прижимая к груди плетеное лукошко, Мила торопливо засеменила прочь. «Интересно, – подумала она, – я не помню, чтобы шла вчера по этой тропе. Как же так вышло?»

Буквально за полчаса ей удалось добраться до накатанной лесной дороги и выйти на трассу. Она даже успела заскочить в пригородный автобус, водитель которого любезно затормозил возле отчаянно прыгающей на обочине девушки. Трясясь в старом горбатом пережитке прошлого с потертыми боками и, похожими на выпученные глаза гигантской лягушки, фарами, Мила вдруг обнаружила странную вещь – с каждым километром, приближающим ее к мегаполису, крепло чувство необъяснимой болезненной тревоги на душе.

Как будто натягивалась до предела невидимая нить, соединяющая ее сердце с лесной сторожкой. Не находя объяснения своим ощущениям, она постаралась расслабиться и ни о чем не думать…

– Девушка, конечная, просыпаемся! – прогремел над ухом громогласный призыв.

Вздрогнув, Мила открыла глаза и увидела перед собой круглое лицо с густой бородой.

– Я заснула? – удивилась она.

– Однозначно! Ты даже храпела, – усмехнулся бородач. – Автобусное кольцо, я еду на второй круг через 10 минут. Так что, освобождаем салон.

– А станция далеко?

– Так вот она, – бородач махнул влево.

Проследив взглядом за его рукой, Мила увидела железнодорожный вокзал и отходящий состав.

– Надеюсь, это не мой, – встревоженно произнесла девушка.

– Если тебе в город, то как раз твой.

– А следующий когда?

– Ну, красавица, я не справочное, до минуты не скажу. Но электрички ходят примерно раз в полтора часа.

– Ясно, спасибо, – обреченно вздохнула Мила и, выйдя из автобуса, направилась к билетной кассе.

Окошко оказалось не просто закрыто, а наглухо заколочено – видимо, последний раз билеты здесь продавались давным-давно. Поднявшись на платформу, девушка присела на полуразвалившуюся скамью и задумалась.