Снежная Королева живёт под Питером

В этот момент пришла Арина Родионовна. Она, игнорируя вечеринку, молча подошла к задремавшей кукле-Пушкину и подоткнула ему под спину вышитую подушечку. Потом окинула всех строгим взглядом и вздохнула:

– Мелете, мелете, что молоть? Всё же ясно, как в сказке. Каждый сам себе всё выбирает. Только сначала знай, что за всё, что выбрал себе, сам и отвечаешь. И нечего на прочих пенять.

В этот момент Сальери починил шарманку. Она фальшиво заныла и заквакала что-то приятное.

И Пушкин засмеялся.

Гаремная

– А ну-ка, пусть этот сарацин расскажет что-нибудь, – взмолились куклы.

Это относилось к маленькому Арапчонку с опахалом, который шалил в шкафу целыми днями, и всем надоел.

– У него, небось, в голове вообще ничего нет, не то что сказки, – ворчал Медведь в ошейнике.

– Что зря говоришь? Пусть он и скажет, – велел Цыган, связанный с Медведем цепью.

Арапчонок покорился не сразу. Он сделал пару виражей, прикинувшись глухим, кого-то толкнул, что-то дёрнул и успокоился, только когда стукнулся головой об полку.

– Ну же, есть у тебя сказка или нет? – спросили его.

Арапчонок молча тёр голову.

– Спроси лучше, осталось ли чего после такого удара, – тихо бурчал Медведь.

– Слушайте. Кое-что есть, – как ни в чём не бывало пропищал Арапчонок.

Ночь поставила свой шатёр над половиной мира и украсила звёздными коврами арки на террасах гарема Султан-шаха. Девять его жён сидели кружком и ждали десятую. Наконец она явилась.

– Ну, – спросили женщины, – стала ли ты ему женой?

– Да, – ответила Десятая, – Султан-шах вскрыл замок.

– Что он сказал тебе?

– Что мои глаза украла бы для себя газель, а внутри губ у меня приятно, как внутри глубинной раковины моря.

– А сказал ли он тебе, что фонтан похитил бы прохладу из твоего рта?

– Да.

– А говорил ли Султан-шах, что груди твои – как две грозди винограда?

– Да, говорил.

– Не забыл ли он сказать, что пупок твой полон щербета?

– Сказал.

– Заметил ли он родинку у тебя под коленом?

– Заметил.

– Что он подарил тебе?

– Вот!

Десятая жена показала золотой венец в бирюзе и изумрудах.

– Слава Аллаху, – сказали женщины.

После чего они поели халвы, намазали головы хной и легли спать.

Однажды десять жен Султан-шаха сели в кружок лакомиться ломтями дыни и перечислять подаренные мужем драгоценности, дивные ткани, парчовые туфли, ковры, вазы, попугаев, заводные игрушки, шкатулки и многое другое.