Снежная сестрёнка

И раз уж ты совершенно случайно попал в лучший в городе дом для игры в прятки, было бы верхом глупости отказываться, ведь так?

– Наверное, так.

– «Наверное»! Опять – «наверное»? Не наверное, а наверняка!

– Ну ладно, – сказал я и почувствовал, как у меня аж мурашки побежали от радости.

– Я буду водить, а ты – прятаться, – предложила Хедвиг. – Будет несправедливо, если я стану прятаться первой, я ведь каждый уголок в этом доме знаю, тебе точно меня не найти. А чего я точно не хочу, так это, чтобы ты меня потерял.

И она встала у двери.

– Считаю до двадцати.

Хедвиг зажмурилась.

– Один… Два… Три…

Я вышел в коридор, тихонечко прикрыл за собой дверь на кухню и огляделся. С каждой стороны было по три двери, а в конце коридора – лестница на второй этаж. Я кинулся к ближайшей двери и открыл её. Гостиная. Я юркнул внутрь. Комната была оклеена зелёными обоями. От печи в углу веяло теплом. Гостиную тоже украсили к Рождеству: на окне висели бумажные юлениссе и рождественские звёзды.

Вдоль одной из стен стоял огромный бархатный диван с мягкими подушками. Он напоминал добрую бабушку, распахнувшую внуку свои объятья. Мне захотелось забраться на него и зарыться в подушки.

Однако сейчас мне нужно было спрятаться, а в гостиной подходящего места я не нашёл.

Я снова выбежал в коридор. Хедвиг продолжала считать.

«Десять… Одиннадцать… Двенадцать…»

Я открыл следующую дверь. Какая у них большая библиотека! Все стены сплошь в книгах.

Я подошёл поближе. Старинные. Коричневые корешки с позолотой. На полу толстый ковёр, у окна белое кресло-качалка, на подоконнике гигантский адвентский подсвечник – три свечи, как и положено, наполовину сгорели, ведь очень скоро последнее воскресенье адвента[2 - Адвент – предрождественский период, продолжающийся четыре недели до Рождества. В подсвечник ставят четыре свечи, обычно сиреневого цвета, и в дополнение к предыдущим каждое воскресенье адвента зажигают новую.]. Здесь совсем негде спрятаться, а надо уже поторапливаться.

«Пятнадцать… Шестнадцать… Семнадцать…»

Я оглянулся и застыл на месте. Странно…

Как же так?

Белое, сверкающее свежей краской кресло-качалка стало серым. Краска будто вытерлась, её покрывал толстый слой пыли.

Я постоял, потёр глаза, проморгался. «Наверное, это игра света», – подумал я. С одной стороны кресло было белым, с другой – серым.

Ну ладно, сейчас не до этого.