Мой (не) демон

Присев на корточки, подняла картину, которая была почти с меня ростом (ну, и картины тут, конечно).

На ней была изображена семья, лица которых кто-то исцарапал (картину, точнее). Высокий мужчина, из-под дыры виднеется борода, которая, скорее всего, каштанового или рыжего цвета, одет он прилично, прямо как аристократ. Рядом прижалась невысокая демонесса с длинными, темными волосами. Хоть лица не вижу, но чувствую, что она улыбалась. Одета женщина в шикарное, красное платье с неглубоким декольте. И то, что тронуло меня до глубины души – ребенок.

Этот маленький, худенький демоненок, облаченный в милое, синее платьеце (почему-то грязное) произвел на меня фурор! Не знаю, почему. Может, потому, что я до этого не видела детей? Ну, конечно, в приюте я была самой младшей, так что это не считается.

– Граф и графиня Цендерман. – Прозвучал над моим ухом скептичный голос Рэмольда.

Это сволочное создание вечно так и норовит меня напугать! Ага, фигушки, у меня уже иммунитет к этому!

Так, погодите-ка… так это и есть те графы, чью историю мне поведал Рэм в ту ночь?!

Сердце словно ножом пронзили и не раз.

Они выглядят такими счастливыми, хоть лиц и не видно! Графиня с такой любовью прижимается к мужу, тот в свою очередь так бережно положил свою руку ей на талию… А как они ребенка к себе прижимают! И эту счастливую семью дерзко, жестоко, без капли пощады убили?!

Варвары! Тираны! Ублюдки! Да как… как они могли?!

– Что с твоим эмоциональным фоном, маленькая рабыня? – вдруг спросил Рэмольд, скорее всего, почувствовав моё настроение.

 – Поверь, в той ситуации не было правых. Граф поплатился за убийство маркиза, вот и всё.

– Не верю, что такой добрый демон мог погубить собственного брата! Ладно, допустим… но в чем жена и ребенок провинились?

– Их казнь произошла во время войны. – Холодно ответил Рэмольд. – Тогда никого не щадили.

– Ясно. – Единственное, что получилось выдавить из себя.

Ясно.

– Это фортепиано принадлежало маленькой графине.

 – Вдруг произнес демон (хотя, какой он демон), подойдя к музыкальному инструменту. – Говорят, малышка имела неплохой голос. Возможно, у неё был дар голоса.

– Сколько ей было, когда она умерла?

– Точно неизвестно. Цендерманы прятали дочь. Говорят, сорок лет, если не меньше. – Пожал плечами Рэмольд. – Кстати, я ведь обещал нанять тебе учителя.

– Отстой. – Пробурчала себе под нос, плетясь за белокурым демоном.