Собака, которая спасла мир

Я читаю написанные на них названия: Google, Vis-Art, Apple, Ocean Blue, Samsung… Часть из них я узнаю, но большинство – нет.

На алюминиевой столешнице лежат компьютер и монитор – старый, прошлого века, с вываливающимися деталями, будто кто-то уронил его и не потрудился подмести. Честно говоря, думаю, тут вообще никогда не подметали: всё помещение выглядит довольно запущенно.

Под столом находятся несколько шкафчиков, в которых – я так думаю – скрываются сами механизмы компьютеров. Там мигает несколько огоньков, но я не слышу ни звука – ни даже гудения.

На столешнице рядом с раковиной лежат деревянная доска с буханкой хлеба в упаковке, масло и сыр плюс гора грязных чашек. Мистер Мэш уже нашёл какие-то крошки и теперь обнюхивает пол в надежде обнаружить ещё.

Доктор Преториус устраивает своё длинное тело в компьютерном кресле на колёсиках, поправляет очки и печатает что-то на клавиатуре, отчего средний монитор оживает.

– Извините за бардак, – говорит доктор Преториус, но её голос вовсе не кажется извиняющимся.

Её пальцы щёлкают и клацают по клавиатуре, а на экране прокручивается страница за страницей. Два других монитора загораются, и на них мелькают картинки, слишком быстро, чтобы разглядеть, прежде чем остановиться на изображении пляжа.

Это движущееся изображение, с трёх разных углов, по одному на каждом мониторе.

Я смотрю на Рамзи, молчавшего с тех пор, как мы вошли. Он таращится на мониторы, разинув рот.

– Не волнуйтесь, ребятишки, – говорит доктор Преториус за нашими спинами.

 – Дальше будет лучше. Вот. – Она держит в каждой руке по велосипедному шлему и ждёт нашей реакции. – Ну, давайте надевайте, – наконец говорит она. – Проверьте, чтоб они сидели хорошо, и застегните покрепче: крепче, чем вы обычно носите.

В каждое ухо доктор Преториус суёт нам по наушнику-капельке. Она помогает нам с ремнями и пряжками, поправляет и подтягивает, пока Рамзи не говорит:

– Ай! Слишком туго!

– Дышать можешь?

– Да.

– Значит, не слишком туго. Окей – за мной.

Пёс останется тут. – Она уводит нас из зала управления обратно в павильон, и мы встаём спинами к пенистой зелёной стене.

Я смотрю вниз и только сейчас осознаю, что мы стоим на какой-то тропе, которая огибает весь круглый пол вдоль стены. Сам пол – огромный диск, наполненный… чем? Я нагибаюсь, чтобы присмотреться.

– Миллиметровые матово-чёрные шарикоподшипники, – говорит стоящая со мной рядом доктор Преториус. – Целые миллиарды, на полметра в глубину.