Собачка Соня на даче

 – И потом, как ты себе это представляешь – кругосветное путешествие?

– Очень просто. Сядем в машину или в поезд и поедем вокруг Земли.

– Очень просто не получится, – сказал Иван Иваныч. – Мы доедем до моря. А дальше…

– А потом мы сядем на самолёт. Или на пароход. Или на кита и…

– Ох и фантазёрка ты, – улыбнулся Иван Иваныч. И, так как Соня не отставала, купил глобус. (Глобус – это такой большой мяч, на котором нарисована вся Земля. Все страны, моря и океаны.)

– Земля круглая? – удивилась Соня.

– А если смотреть из окна, то земля квадратная? – прищурился Иван Иваныч.

– Да, – кивнула Соня. – Это смотря откуда на неё глядеть!

Соня долго вертела глобус, а потом спросила:

– Значит, кругосветное путешествие – это сделать круг и вернуться на то же самое место?

– Верно, – сказал Иван Иваныч.

– Отлично! – обрадовалась Соня. – Значит, если я бегаю кругами, я совершаю кругосветное путешествие, только маленькое!

Во время вечерней прогулки она носилась вокруг хозяина – сначала по часовой стрелке, а затем – против, чтобы у Ивана Иваныча не закружилась голова.

Когда на следующий день такса стала рассказывать о том, как она летала в Америку, Соня фыркнула:

– Подумаешь! Я вообще совершила кругосветное путешествие.

– Когда это? – удивилась такса.

– Вчера. Одно большое кругосветное путешествие, а маленькие я и не считала, – сказала умная Соня и отправилась по своим делам.

Соня и машина

Соня не любила машины. Когда она говорила про них, то даже начинала заикаться:

– Ненавижу эти ав-ав-ав… автомобили! От них грязища, пылища и вонища. Они плохо пахнут и ещё р-р-рычат!

Но ещё меньше Соне нравились автомобили, которые не рычали.

– Эти куда хуже. Подкрадываются бесшумно и так и норовят задав-ав-ить тебя!

Сначала Соня лаяла на каждую проезжающую машину.

«На всех го?лоса не хватит», – решила умная Соня.

– Ф-фу, как бензином пахнет! – морщила нос она, пробегая мимо стоящих у дома автомобилей. Соня даже немного жалела, что она девочка и не может поднять ножку на колесо какой-нибудь иномарки, как это делал бульдог Макс и другие собаки.

Так продолжалось до тех пор, пока Иван Иваныч не купил машину. Машина была старенькая, с облупившейся бледно-голубой краской, и сильно тарахтела.