Собачья жизнь

А ты? Ну ведь на помойке -твоя прописка. Пока не случился информационный прорыв.

Гуляем мы с ребёнком по ВДНХ. Видим: выставка кошек. Ну, мы интересуемся. Ходим, смотрим. Вдруг видим: сидит в клеточке кот, вот ровно что наш Кузьма, только, прямо сказать, поплоше. И мельче, и лапы не такие великолепные, да и шерсть… Цена – тысяча долларов. Мы к хозяйке: это что у вас ещё за такое? Она с гордостью: Это – настоящий сибирский кот!

Ну, мы были девушки необразованные. Но честные. Приходим с прогулки, подходим к Кузьме (он как раз лежал на телевизоре) и говорим: Кузя, прости нас! Мы не знали.

Ты, оказывается, страшно породистый. Стоишь тысячу долларов, а то и две. Мы, Кузя, были совершенно неправы…

Ну и этот беспризорник оказался в результате лучшим вообще на свете воспитателем и нянькой. Видно, он помнил, каково это – жить без присмотра. И Маленький Штрих тут же признал Кузьму за отца родного, или как минимум за дядьку Савельича, вот в полтора месяца, и только рядом с ним и пребывал. Сестричка его по дому носилась, а Штрих с Кузьмой и спал вместе, и валялся, и Кузьма его всему на свете учил.

Ну и потом появившаяся молодежь (у меня ещё пятеро) вся была принята, каждого наш Кузьма вылизывал и вычухивал, я никому даже попу никогда не вытерла, каждого потихоньку воспитывал. Вот никаких конфликтов в прайде никому никогда не позволял.

У нас в доме маленьких никогда не обижают. Никакой нет вообще ревности. И это – совершенно не моя заслуга. Я бы даже и не знала, как этого добиться. Просто все маленькие стараются быть, как Кузьма.

А при его превосходных качествах…

Он и до сих пор, вот уже 22 года, если кто там из молодых проходит мимо, обязательно его в ухо лизнёт.

Вот что вообще-то может оказаться – прямиком с помойки.

* Весь этот месяц Кузьма в основном сидел со мной рядом на кухонном столе (у нас тут пока больше и негде), а когда я обедала или ужинала, мяукал и требовал, чтобы я ему в своей тарелке на донышке оставила. И я, конечно, всегда оставляла. Тут Кузьма был в своём праве…

Дело вкуса

Совершенно удивительное дело: Кузьма любит СЫР.

Я долго не могла понять за завтраком, чего он ко мне пристает, лезет лапой к бутерброду и выражается в том смысле, что «а котика бедного голодного покормить? Слабо тебе?» А тут угостила несвойственным продуктом и могу сказать, что этот кот пролетарских, даже я бы сказала, социально близких уголовных кровей – за сыр родину продаст. Откуда ему было так утончить свой вкус, ума не приложу.