Сова Мещерская

А эта липа была огромная – видимо, очень старая – и давала густую тень. Саше почему-то она очень понравилась.

Беготня по лесу и по болоту утомила девочку. Поэтому, оказавшись на знакомом месте, она почувствовала себя почти что «дома». И поступила, как усталый путник, вернувшийся из дальних странствий, а именно улеглась на траве под деревом и мгновенно уснула. Проснувшись, когда солнце начинало клониться к закату, и еще не открывая глаз, Саша услышала тихий разговор. Первой мыслью было, что вернулся Антон, и ее наконец нашли.

Но, прислушавшись, тут же сообразила, что никакой это не Антон.

– Как же нам поступить с ней? – спрашивал первый, каркающий голос.

– Не волнуйся, Фирмос, я прослежу… – ответствовал второй. – Лети, поставь в известность Фиву. Хотя, наверное, она уже знает…

Этот второй был мягким и, пожалуй, приятным.

– Надо же, чтобы именно сейчас… – с досадой произнёс первый.

«Ну вот, снова начинается… – мысленно вздохнула Саша. – Интересно, опять невидимки?»

Она чуть приоткрыла глаза.

И на этот раз сквозь прикрытые ресницы разглядела говорившего. Но легче ей от этого не стало. Ибо первым собеседником был… ворон. Да-да. Самая настоящая птица – черная, громадная, с блестящими крыльями. Он сидел на ветке дерева над «спящей». И это его, по-видимому, называли Фирмос.

«А Фива – это, наверное, его жена-ворона», – хихикнула про себя Саша.

Скосив глаза в сторону второго собеседника, девочка увидела очень крупного рыжего лиса, внимательно рассматривавшего ее саму.

Заметив, что она проснулась, лис слегка наклонил голову, что могло сойти за вежливый поклон.

Ну, знаете!.. Говорящий ворон – это еще туда-сюда, случается такое. Но говорящий лис?! Это, пожалуй, слишком… Хотя что это она? Ведь решила же уже – ничему здесь не удивляться. Видно, место такое – не простое.

«А какое?» – тут же задала она себе вопрос.

И сама себе ответила:

«А вот такое. Заколдованное. Здесь все может быть. И точка».

Поняв, что притворяться спящей уже бесполезно, Саша приняла сидячее положение и улыбнулась лису:

– Привет! А тебя как зовут? Его – Фирмос, как я поняла… – она мотнула головой в сторону дерева, где сидел ворон.

Но посмотрев туда, увидела, что ветка уже пуста – лишь чуть качается. Птица исчезла, как по волшебству, и совершенно бесшумно. Лис, правда, никуда не делся. Он сидел и смотрел на Александру в крайнем изумлении – рот его чуть приоткрылся, уши стояли торчком.