Сокровища мутантиков

– Если твой секрет ничего не стоит, ты мигом отправишься принимать ванну! – пригрозила она. – Рассказывай!

Карлик втянул голову в плечи и настороженно огляделся, продолжая хранить молчание.

– Язык прикусил? – съязвила королева, и Требуха с Пупом, которые терпеть не могли главного шпиона, захрюкали от смеха.

– Это очень важный секрет. Ваше Величество захочет услышать его без чужих ушей… – И Нытик покосился на своих врагов.

– Ты их называешь «чужими ушами»? Им нельзя знать? – Карла кивнула на начальника телохранителей и толстуху.

– Когда я расскажу, вы сами решите, стоит ли посвящать в это своих приближенных. Я не уверен, умеют ли они молчать.

Рыжая Карла насмешливо посмотрела на фаворитов.

– Требуха, Пуп, подите сюда! Это правда, что вы не умеете молчать?

Начальник телохранителей достал из кармана бархатную тряпочку и вытер лысину. Он любил, чтобы она всегда блестела.

– Мы немы как рыбы! – обиженно сказал Пуп.

– Унесем ваши тайны с собой в могилу! Вынесем любые пытки! – взволнованно подхватила Требуха.

Королева села на трон и закинула ногу за ногу.

– Ой ли, милочка? А если на твоих глазах будут есть вороньи крылышки, а с тобой не поделятся?

Толстуха, представив это, побледнела и схватилась за сердце.

– Это будет уже не пытка, Ваше Величество, а изуверство! – воскликнула она.

Карла расхохоталась, но резко оборвала смех.

– Ладно, Нытик, сообщай секрет! А вы, Пуп и Требуха, марш отсюда и не вздумайте подслушивать!

Фавориты смерили обидчика угрожающими взглядами, а тот, торжествуя, показал им язык.

Выйдя из тронного зала, приближенные жадно прильнули ушами к щелям, но не смогли разобрать ни слова – шпион говорил шепотом.

– Вот скотина! Ничего, как-нибудь я с ним расквитаюсь! Подолью в капли для носа, которые он пьет по утрам, растительного масла! – пробормотала карлица.

– Натуральные продукты – самый страшный яд! Давай-ка, тетушка Требуха, пропустим по стаканчику нашего успокоительного! – Пуп снял с пояса флягу с ртутью.

– Ишь ты пьяницу какую нашел! – засмущалась карлица, но ее заплывшие глазки алчно заблестели.

Она вырвала флягу, в три глотка выпила всю ртуть до дна и ради приличия скривилась.

– Ну ты даешь, тетушка! Даже я так бы не смог! – поразился начальник телохранителей.

– У меня было трудное детство! Меня никто не любил, и приходилось заботиться о себе самой. – Требуха всхлипнула и вытерла нос рукавом.

Пуп сочувственно закивал:

– Я тоже мог рассчитывать только на себя.