Сокровище затонувшего корабля

О чем-то все время размышлял и о чем-то иногда вполголоса и кратко переговаривался с тетей Женей, когда нас не было поблизости…

А в час вечерней прохлады мы иногда спускались с тетей Женей на пляж, и она устраивала час вечернего костра и пекла на нем мидии, которые мы собирали за день.

Приходил наш вечно сонный охранник, приносил охапку дров и, зевая, уходил наверх, спотыкаясь на ступенях. А мы долго сидели у костра, слушали, как, засыпая, чуть слышно вздыхает море, шурша сонными волнами по песку, как оглушительно скрипят всегда невидимые цикады.

Смотрели, как мерцают звезды, как всходит луна, как таинственно скользят в дали моря огни его кораблей. И медленно движутся к городу, над которым светит своими огнями романтический маяк.

– Это не маяк, – как-то развеяла наше заблуждение тетя Женя. – Это такой небоскреб, высоченный и узкий. Он стоит над морем, прямо над обрывом. В нем тридцать этажей. – Это она сказала с гордостью, будто сама его построила. Или этажи считала.

– Во бы там пожить, – размечтался Алешка.

 – На самой крыше! Оттуда, наверное, Турцию видно. – Далась ему эта Турция.

– И не мечтай, – огорчила его тетя Женя, вороша ярко-красные угли. – Там не живут, там работают. Банкиры.

– Деньги делают?

– Ага. Это самый крупный банк на юге. «Кредит» называется…

Ну и пусть банк. Все равно красиво светится своими этажами над ночным морем…

А перед сном мы все собирались в столовой у камина как большая дружная семья. В которой, конечно, не без урода. Вообще коллеги наши по пансионату – пансионеры, как дразнила нас тетя Женя, – подобрались интересные.

И в основном хорошие. Мы подружились с ними. Кроме, конечно, противной Р.М. Она строила из себя богатую и знатную даму и всех учила, как надо жить. Особенно за столом. То Профессор не в ту руку вилку взял, то Боцман чаем хлюпает, то Алешка от первого отказался.

Правда, ее никто не слушал. Даже когда она хвалилась своим мужем – отчаянным бизнесменом, который сделал капитал на торговле цветными металлами.

«Наша фирма так и называется – «Русская медь». Это понятно?»

– Спекулянт? – наивно уточнил Профессор. И не менее наивно продолжил: – А почему же вы, мадам, взялись отдыхать в таком скромном заведении?

Р.М., как ни странно, не обиделась:

– Знаете, Профессор, надоели вся эта суета и все это навязчивое подобострастие фенешебельных отелей…

– Фешенебельных, – поправил машинально Профессор.

– Какая разница… Захотелось уединиться в теплой семейной обстановке.