Солнечная тропа

– Но дедушка, – вспомнил Лёнька, – Настеньку-то он утащил…

– Утащил! Да опять же почему? – упрямо возразил Акимыч. – Ты подумай, вылез он, такое страшилище, да к десятилетней пташке!.. Та и зашлась от страха. А не устрашись она лягушачьей морды – и ничегошеньки не сумел бы сделать склизкий бес! Вот ты сейчас дрожишь, всё-то тебе жутким кажется, так?

– Кажется, – сознался Лёнька.

– А ты посмейся над своим страхом!

– Как?

– А так! Почуял его – и сразу вспомни, что он букашка. Захочешь – мимо него пройдёшь, захочешь – по усам его щёлкнешь.

Лёньке это понравилось. Страх представился ему в виде усатого тараканища из детской сказки, которое сумело запугать всех зверей, хотя было простой козявкой. И вслед за этим Лёнькина боязнь улетучилась безо всякого следа. Он живо огляделся по сторонам и понял, что в какой-то неуловимый миг сквозь лохматую, низко нахлобученную шапку леса пролились солнечные лучи. Мальчику показалось, что этими золотыми ключами солнце отомкнуло тайные кладовые леса, которые вспыхнули и заискрились несметными сокровищами сказочных владык.

– Вот это да! – не удержался мальчик, засмотревшись на преображённую чащу.

Вскоре стена леса оборвалась – тропинка вывела друзей на опушку.

– Ну, вот и добрались, – с удовольствием произнёс Акимыч, – сейчас вон косячок лесной обойдём – и озеро будет. Светлое, большое – тому не чета.

…Лёнька даже глазам своим не поверил, когда открылась перед ним бескрайняя водяная ширь – озеро Светлое величаво покоилось в огромной и тихой колыбели.

– Как море! – невольно вырвалось у Лёньки.

– Здравствуй, батюшка, – чинно поклонился Акимыч.

– Ты, дедушка, с водяным? – спросил мальчик, привыкая уже к дедовым обычаям.

– Зачем это? – прищурился тот. – Я озеро уважил. А что величаю так, то ведь оно заслуживает. Вишь, красота какая несказанная да неоглядная.

– Да разве оно тебя слышит?

– Экий ты невер! – пожурил Акимыч. – И слышит, и видит, и думку свою про нас держит.

Дед, конечно, был прав. Испугавшись, что теперь он надолго умолкнет, мальчик спросил:

– А водяной тут есть?

Старик пожал плечами:

– Про этого я ничего не слыхал за всю свою жизнь. Ежели кто и есть, то, должно быть, смирный, лихоимства за ним не водится…

– Ну а как ему и не быть? – вдруг строго сам себя спросил Акимыч.