Солнечный мальчик

– И когда я отплывал, никто не оглянулся. Значит, мы свободны!

– Конечно, мы уже взрослые.

Они кружили у Розовых скал, радостно узнавая каждую бухточку, каждый выступ. Ничего не изменилось с прошлого лета! И за рыбёшками по-прежнему не надо было даже гоняться, столько их было вокруг.

Возвращаться не хотелось. Они, не сговариваясь, повернули к берегу и поплыли, не торопясь. На ходу можно было перепрыгнуть друг через друга, кувыркаться и пускать фонтаны. Куна улыбалась, она всегда улыбалась, и у Дэна в ответ клюв расплывался в улыбке.

Гул они почувствовали одновременно и повернули на него. Это же теплоход, может, даже трёхпалубный! Большие суда не часто встречаются в океане, и это всегда праздник – толпа людей, музыка, море огней вечерами. Можно плыть за таким теплоходом сутками!

Но это был небольшой, двухпалубный. Прошлым летом он ходил от Города до Санаторной зоны, а в выходные катал отдыхающих. Дэн и Куна обрадовались ему, как старому знакомому, и поплыли впереди, выпрыгивая из воды и проскакивая по воздуху.

– Капитан другой, видишь?

– А рядом девушка в белом платье – смотри, как радуется и хлопает в ладоши!

Девушку на капитанском мостике звали Женя.

Она просто лучилась радостью – светлая, лёгкая, сияющая. Можно было подумать, вся её жизнь – сплошной праздник и эта поездка тоже. Но она ехала на работу. Ещё до экзаменов на конференции в Мединституте, где она оканчивала третий курс, Виктор Сергеевич Покровский читал доклад о лечении душевнобольных детей.

Еле дождалась перерыва, но пока сбегала со своего места в верхних рядах амфитеатра, профессора плотным кольцом окружили студенты. И только потом, в коридоре, она нагнала его и выпалила:

– Извините, вам не нужны помощники? Я совершенно, совершенно свободна на каникулах!

– Девушка, уважаю ваш порыв, но для работы с этими детьми нужна определённая закалка, не всякий выдержит.

– Мне кажется, как любым детям, им нужна любовь. Её у меня хватит.

А после сессии… Шумный день рождения у Наташки, соседки по лестничной клетке.

Он был старше всех и, наверно, чувствовал себя неловко, словно Гулливер среди лилипутов. И они с Женей всё время встречались глазами.

– Наташа, кто это?

– Капитан теплохода, что недавно поставили папе в док. Не захотел уйти в общежитие, так и живёт в своей каюте.