Кукла его высочества

Я очень осторожно покосилась на Родерика Делаэрта: он стоял, остолбенев, чуть наклонив голову и уперев немигающие темные очи… куда?! Я, стараясь не дышать, чтобы не провоцировать принца (а чего это он замер, как известные соляные истуканы Календусса?!), проследила за направлением его взгляда и, слегка наклонившись, увидела… кончик своей ступни, выглянувшей из-под подола платья. Э-э? Я тупо порассматривала собственные пальчики в тонком светлом чулке, ничего сверхъестественного в них не увидела и решилась бросить мимолетный взгляд на принца.

О Мейра! Он действительно уставился на мою ногу! Вернее, на ее ма-а-алехонький, доступный обзору кусочек!!! Это открытие вывело меня из ступора, и ожившие мысли и эмоции закружились в бешеном вихре.

Мейра побери этот Итерстан с его традициями и этикетом! У них что, не принято демонстрировать женские ноги? Ну понятно, что если платье длиною до пола, то, значит, прилюдно оголять нижние конечности неприлично, но… но… НО! Это же пальцы! Всего лишь пальцы! И причем только одной правой ноги! И не голые, а в дорогом (и, заметьте, чистом) чулочке! Так откуда такой пристальный интерес со стороны… (я еще раз недоуменно-недоверчиво покосилась на застывшего рядом принца) взрослого мужчины из правящего дома?! Нет, ну серьезно, уж он-то женских ног должен был видеть достаточно и не в таких скромных вариантах, чтобы замирать столь шокированно! Или это…

От посетившей меня ужасающей мысли кровь резко отлила от щек, хотя, как я полагаю, они и до этого не слишком радовали взор румянцем.

Или это… первые признаки подступающего приступа? Ну если принц действительно, псих или вроде того, то, может, он замер на грани, спровоцированный моей такой недальновидной и столь несвоевременно вмешавшейся ногой? Еще немного, и волна безумия захлестнет его высочество, он набросится на услужливо присланную жертву, то есть на меня?! Ох, Мейра, нет! Я постаралась не застонать жалобно и очень-очень медленно и аккуратно, абсолютно не шумя (и почти не дыша), втянула свою нижнюю конечность обратно под юбку.

Взметнувшаяся рука в перчатке легла мне на бедро, и настал мой черед застыть календусским истуканчиком. Э-э… это что? Знак, что ногу прятать не надо? Или… сердце забилось так громко и испуганно, что его удары заполнили уши… или началось?! Сейчас ка-а-ак…

Родерик Делаэрт стремительно преодолел разделявшее нас жалкое расстояние в полшага и оказался угрожающе близко. Ну то есть еще ближе, чем был до сих пор.