Соратники

Однако ж, никогда такого не было, чтоб чудища собственное царство основали да ещё взяли такую силу!

– И не говори! – согласились, снова хором и, похоже, нимало не обидевшись, головы Змея Горыныча. – Виданное ли это дело, чтобы царства в Прави на соседей нападали! Совсем распоясались пёсьеглавцы, стыд потеряли! Никаких законов признавать не хотят! Так и бороздят небеса над Правью на своих островах летучих, выискивают, выглядывают, на кого бы напасть. Неужто никакой управы на них не найдётся? Неужто никто им отпору не даст?

Говорили все три головы одинаковым голосом, больше похожим на звериный рык, а когда открывали рот, из пастей вырывались маленькие язычки пламени, и сидящий справа от них Леший всякий раз невольно отшатывался.

– Ни для кого не в новинку, что пытались им дать отпор, и не раз, – нахмурился он. – Да только не сдюжил никто. Слишком уж сильны пёсьеглавцы.

– Знать, важны чем-то Монстры для людей, – задумчиво проговорил Кощей, – раз столько сил от них черпают…

– Уж коли они самого Перуна одолели, – с горечью произнёс Водяной, – стало быть, сила за ними и впрямь несметная.

– Вот ведь поганцы! – гневно воскликнула Яга. – Вот наглецы! На самого Повелителя руку подняли!..

– Есть надежда, что Перун хотя бы выжил в той битве, – уточнил Леший. – Хоть и исчез после неё неведомо куда. А вот Перуницу жаль. О её-то гибели доподлинно известно. Её-то ты, Яга, встречала на терновом мосту. Помнишь, сказывала мне: «Перуницу там видала, а Перуна – нет».

После этих слов все присутствующие опустили взоры, пригорюнились. Над тяжёлым дубовым столом повисло молчание, которое, однако ж, вскоре прервала Яга.

– Ну да полно грустить! Рано ли, поздно ли – а все мы когда-нибудь по терновому мосту пройдём да в Царстве мёртвых окажемся. Так что хватит языками чесать, пора дело делать. Говори, Боян, – обратилась она к сказителю, – для чего ты нас здесь созвал?

– А ты будто не ведаешь, – язвительно заметил Кощей.

Яга недобро зыркнула на него, видно, хотела было что-то сказать да смолчала и вновь обратила выжидательный взор на сказителя.

– И верно, Боян, говори, не томи, – снова включился в разговор Леший.