Спасти сказку!

Яга пришла, долго выговаривала Горынычу за глупость, сварила травяной отвар и велела полоскать горло три раза в день.

– Полбочки отвара выпила, всё равно болит, – пожаловалась голова. – А с огнём теперь и рассказывать стыдно, не Змей Горыныч, а кастрюля с супом!

Голова поднялась вверх, шумно выдохнула. Из неё вырвалось слабое белое облачко пара. Остальные две головы дружно засмеялись.

– Чего веселитесь? – обиделась голова с шарфом на остальных. – Вы, между прочим, тоже отвар пили, и как?

– Никак, – призналась голова в кепке.

 – Мы для тебя пили, чтобы быстрее помогло.

– Скажите, пожалуйста, – спросила Варя у всех трёх голов. – Вы когда лапу или хвост пораните, мазь куда прикладываете?

– К больному месту, конечно, – хором ответили головы.

– Зачем же вы отвар пили? Медицинские указания надо выполнять правильно, как доктор прописал. Сказано – полоскать, значит – полоскать! – сердито объяснила Варя.

– Какая разница-то? – удивилась вторая голова. – Всё равно внутрь.

– Тогда и мазь в следующий раз глотай, раз всё равно, – хихикнул Гром. – Вдруг поможет? Или вместо лапы на живот намажь, какая разница?

Головы смутились. Отвернулись от Вари, о чём-то тихо пошептались между собой.

– Баба Яга на меня обиделась, что в её лечении усомнился, и ушла, – призналась третья голова. – С тех пор мы её больше не видели.

Назад, через реку, Варю, Лютика и Грома перенёс на себе Горыныч. Чтобы гостям не пришлось далеко идти, он долетел до самого болота бабы Яги и высадил их на опушке леса.

На прощание Варя посоветовала полоскать горло оставшимся отваром. Но не всем вместе, а только одной голове в клетчатом шарфике.

– Виноват я перед Ягой, – сокрушался Змей Горыныч. – Если вам помощь какая нужна, отвезти-привезти – вызывайте. Или припугнуть кого понадобится.

– Как тебя вызывать? Кричать что ли? У нас у троих столько голоса нет, – сказал Гром.

Змей Горыныч почесал когтистой лапой бок, огляделся, тихо свистнул. На одну из голов села крупная жёлтая пчела.

Горыныч аккуратно взял её лапой, протянул Грому.

– Держи. Пчёлки у меня дрессированные, скажешь что надо, она за мной и прилетит.

Гром прижал уши и отступал в сторону.

– Не укусит, не бойся! – уверял Горыныч. – Меня же не кусает! Она умная!

– Тебя не прокусишь, – заметил Гром и на всякий случай отступил ещё на пару шагов.

Варя подставила ладонь, пчела переползла на её палец и замерла. Варя опустила пчелу в карман.