Старый дом

И ещё не раз два сгорбленных существа жаловались на одинокую и безликую жизнь, но все так же упорно цеплялись за родной уголок.

Но вот весело застучала по ветхим подоконникам капель. Пришла, наконец, весна.

Бяка выбежала на низенькое крылечко и, довольно щурясь приветливому солнышку, подставила ему свои впалые, покрытые свалявшейся шёрсткой, бока.

Даже вечно ворчащая Шушу вылезла из тёмной норки и теперь стояла рядом с подругой, растянув в улыбке свой, почти беззубый, рот.

Деревенскую улицу было не узнать: дорога превратилась в большой ручей.

Скоро весна смоет остатки унылого белого пейзажа и наполнит всё вокруг ликующими тонами.

Бяка игриво подпрыгнула – судьба снова дарила им необыкновенный шанс – видеть, как встаёт солнце, ощущать на зубах сладковатый привкус пшеничных зёрен, вдыхать терпкий аромат изумрудной травы, словом, ощущать всё то, что называется жизнью.

Конец невыносимому холоду и вынужденному одиночеству. Теперь, когда тает снег, можно сбегать к родне, живущей в соседнем доме.

Правда, там хозяйничает большой рыжий кот Руслан, но разве это преграда? В прежние времена Бяка легко уходила от любой погони. И она вприпрыжку понеслась к соседскому дому. Земля была холодная и мокрая, так что вскоре лапки у Бяки замёрзли.

Добравшись до соседского амбара, она юркнула в щель и в потёмках стала пробираться к многочисленным мышиным норкам. Бяка остановилась и повела носом.

– Странно, но пахнет нежилым, – растерянно подумала она. – Интересно, почему меня никто не встречает?

И чем дальше по проходу она пробиралась, тем печальнее становилась Бяка.

– Странно, всё очень странно… – не переставала бормотать она, и тут до её ушей донёсся слабый писк, исходящий от одной из норок.

Она кинулась на голос.

Внезапно писк раздался рядом, и Бяка, внимательно оглядевшись, рассмотрела в полумраке маленького мышонка, который жалобно плакал.

– Ты почему здесь один? – удивилась Бяка.

Малыш съёжился и испуганно замолчал. Он впервые видел эту старую, худую мышь.

Её вид сильно напугал его, и он собирался заплакать ещё громче.

Предвидя это, Бяка сказала строгим голосом:

– Если будешь плакать, я тебя больно укушу, так что лучше отвечай мне – почему ты здесь один?

Маленький мышонок вытаращил глаза и прошептал:

– Маму и папу съел страшный зверь, у которого острые зубы и злые глаза.

– Руслан, – упавшим голосом подсказала Бяка.

– Нет, – покачал головой мышонок, – Руслан рыжий, большой и всё время мурлычет.