Стеклянное небо. Сборник сказок и рассказов для семейного чтения

Стеклянное небо. Сборник сказок и рассказов для семейного чтения

Ирина Эфт

«Стеклянное небо» – это взгляд на мир через прозрачную стену отчуждения. Героям книги предстоит разрушить преграду. Но смогут ли они остаться собой, перейдя на другую сторону?

Стеклянное небо

Сборник сказок и рассказов для семейного чтения

Ирина Эфт

© Ирина Эфт, 2021

ISBN 978-5-0055-5367-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Щука, я и три желанья

Когда я был маленьким, очень меня интересовал один вопрос: пьют ли рыбы воду? Подловить их за этим занятием мне ни разу не удалось.

Но вот то, что чешуйчатая живность хлещет кровь за милую душу – это факт. За всех рыб не скажу, а за щук ручаюсь. Лично проверил.

Дело было так. Прибегаю я как-то с улицы домой, а на кухне в тазу – она! Волшебница из сказки «По щучьему веленью». Пятнистая, что тебе леопард, и морда, как у крокодила. В общем, эта зверюга мне сразу понравилась. Только гляжу я на неё и не понимаю: живая она или совсем наоборот.

Ну и решил выяснить. Причём самым надёжным способом – прямым контактом. Когда исследовательский щуп серии «палец» вплотную приблизился к хищной пасти, неподвижное дотоле «полено» вцепилось в него мёртвой хваткой. Зубы – как иголки.

«Ах, ты ж швейная машина!» – думаю я, одновременно поднимая рёв. Да так и застываю с открытым ртом. По коридору мчится прямо на меня жуткое страшилище. Голова замотана полотенцем, лицо вымазано глиной, а на теле мохнатый халат, надетый наизнанку.

Я, конечно, вскоре сообразил, что это не чёрт, или какое другое исчадие ада – а всего лишь мама. Она таким способом иногда оборачивается в сказочную красавицу. Но озарение слегка опоздало. Зато нервный шок отключил чувствительность, и мой окровавленный перст был извлечён из щучьей пасти в полной тишине. Но когда мне стали обрабатывать рану йодом, идиллия кончилась. Весь пережитый ужас прорвался наружу нечеловеческим воем и потоком выражений, подслушанных на автобусной остановке.

Мама уже собиралась шлёпнуть меня по мягкому месту, но почему-то передумала и просто рассказала про «табуированную лексику», а потом ушла.

Остались мы со щукой наедине. Смотрит она на меня, как на родню. Я на неё с тем же самым чувством. Ведь теперь мы одной крови.

– Сестрица! – восклицаю я. – Никому не позволю сделать из тебя заливное.

Только она хотела ответить, как в прихожей раздался звонок.