Странные вещи

Их крыши были сплошь усыпаны сосновыми иголками и оттого напоминали пушистые енотовые шапки. Поселение было основано много лет назад простыми людьми, спасавшимися в Луизиане от войны. Англичане, итальянцы, чернокожие и один ворчливый русский доктор ели одну и ту же копченую форель, пили одну и ту же речную воду.

Отец Клевер сидел совершенно неподвижно, лошади лениво помахивали хвостами, отгоняя мух. Наконец, он заговорил.

– У тебя в мешке что-то есть.

Он не сердился. Пока. Но все к тому шло. Клевер, затаив дыхание, наблюдала, как на его скулах ходят желваки.

Деваться было некуда: он знал.

Она вынула Ледяной Крюк и протянула отцу. Но он до него даже не дотронулся. Казалось, он его побаивается.

– Это, надо полагать, нечто диковинное?

– Он всегда холодный, – прошептала Клевер. – Холодный, как лед. Несмотря ни на что.

– Мне неинтересны его свойства! – доктор сдвинул брови. – Тебе известно, как я отношусь к таким вещам.

Он поерзал в седле, словно ему неуютно было находиться рядом с Ледяным Крюком, а потом так и впился глазами в Клевер.

– Перестань ими интересоваться. Они вредны. Они опасны.

– Лошади тоже были опасны, пока их не приручили. – Клевер уже не раз повторяла про себя эти доводы. Ее голос дрогнул, но девочка продолжила:

– Любой инструмент из твоего саквояжа может стать опасным в плохих руках. А этот Ледяной Крюк… он просто холодный…

– Тогда почему ты прячешь его, как великую драгоценность? Беда не приходит одна. Тебе может казаться, что ты нашла нечто уникальное, но потом обязательно найдется еще что-нибудь не менее удивительное, что тебе захочется сохранить.

И ты не успеешь оглянуться, как окажешься одержима ими. Будешь готова отдать последнюю рубашку ради пуговки, которая свистит под дождем, или еще какой-нибудь нелепицы. Такой человек думает, что владеет диковинами, а на самом деле диковины овладевают им.

Константин отряхнул жилет и, казалось, собрался продолжить путь. Но, помедлив, добавил:

– Странно, правда? Оставаться холодным вопреки тому, чего требует природа.

– Он мог бы делать лед, – вздохнула Клевер. – Льдом можно унять боль. Ты мог бы пользоваться им, чтобы помогать…

– Видишь? Он уже проник в твои мысли, – заметил отец. – И уже кажется тебе незаменимым.

Клевер встревожилась, заметив, что в глазах у отца стоят слезы.

– Всегда находится причина и оправдание для того, чтобы держать их при себе, – продолжил Константин. – Но я видел, на что они способны, Клевер. Они отняли у нас твою маму.