Страсть на холсте твоего преступления

Я молча села прямо и позволила блондину натянуть повязку на мои глаза. Было некомфортно, страшно и не по себе от мыслей, что меня везут в неизвестность с незнакомыми мне мужчинами. Лучше бы меня убили сразу, а не мучали.

Глава 7.

Машину трясло на кочках, а потом шла долгая дорога. Я слышала шум шин, ветра из открытого окна и хриплое дыхание рядом сидящего парня. Я дрожала каждый поворот, будто предвкушая свою смерть. Было панически страшно, но я тихо дышала, усмиряя свою панику. Энцо сказал однажды, что дыхательные упражнения могут помочь успокоить нервную систему и снизить уровень тревоги.

Медленно вдохнуть через нос на протяжении 10 секунд, затем медленно выдохнуть в течение 15 секунд через рот. В тихом салоне раздался звонок телефона и приятный голос Харриса:

–Мы не договаривались об этом, – спокойно ответил Харрис абоненту на той стороне телефона. Я заерзала в кожаном салоне, платье стало некомфортно сдавливать тело.

–Да, я везу её. Не собираюсь отдавать, она моя, Трент, а не его.

Если он захочет поделить ее, мне скорее придется отдать малую часть ее тела, я подумаю какую… думаю, стопу, – вдруг сказал Харрис и я глубоко вздохнула, посмотрев в сторону мужчины, хоть и из-за черной маски не видела его.

–Что?! – закричала я, услышав раздраженное шипение.

–Невыносимая, – услышала тихий голос Харриса и вцепилась ногтями в сиденье.

–Куда вы меня везете? – насторожилась я, кусая губу и вдавливаясь в мягкое кресло машины.

–Я перезвоню при въезде в город.

–По делам, Лилия, – произнес Эйвон, от чего моё сердце забилось в панике.

–Лилиан, – поправил голос Харриса моё имя. Куда они меня везут? Что за звонок? Я попыталась снять маску с глаз, но блондин вовремя успел остановить меня. Какую стопу он собрался делить? Меня схватила холодная мозолистая рука и я почувствовала себя в замкнутом пространстве.

–Вы пугаете меня, – крикнула, чувствуя дрожь в ногах и холод по спине. Я не знаю кому обратила эту фразу: Эйвону и Харрису или только Харрису…

–Мы пугаем тебя? Ты, наверное, не была знакома с одним чертовски добродушным человеком, который шел по реальным головам ради своей выгоды.

Попав в его руки, тебе вероятно, зашили бы рот реальными нитками, после которых ты не смогла бы еще полгода произносить слова. А мы относимся к тебе с настоящей добротой, Тереза Хендерсон, – с долей зла выговорил мне Эйвон. О чем он говорит? Про какого человека? Его голос был груб и раздражен, я сглотнула образовавшийся ком.