Страшная тайна братьев Кораблевых

– Есть поставить на зарядку и сразу звонить! – вытянулся дед по стойке «смирно» и приложил ладонь к своей лохматой седой голове, даже не улыбнувшись…

5. Бессонная ночь

Когда Иван вернулся домой, Колька с Сашкой уже легли спать. Как он и думал, легли они не в чулане, где спали все лето, а на сеновале. Это могло означать только одно: у братьев появилась новая и очень серьезная тайна. Даже их отец давно уже знал, что если они подались спать на сеновал – значит, надо быть готовым к тому, что на следующий день близнецы будут молчаливыми, а сопли у Сашки потекут непрерывным ручьем.

Не от того потекут, что он простудится на сеновале, а от того, что думать он может только с таким усердием, от какого у него усиливается насморк. Так уж он был устроен. Вот только ни сам Сашка, ни Колька этого не замечали, и им казалось, что никто об их новой тайне даже и не догадывается.

– Чего-то опять насупились, – сказал дядя Петя Ивану. – Видать, удумали старый мотоцикл перебирать.

– Почему мотоцикл? – спросил Иван, застыв у порога.

– А чего ж им в сенном амбаре делать? Он ведь там стоит. Как весной затащили туда, так там и стоит.

– Какой мотоцикл, отец! Им завтра на работу, – напомнил Иван.

– Ну, они молодые, им и четырех часов хватит, чтобы выспаться, – рассудил дядя Петя. – Вот увидишь: как чуть рассветет, так и вскочат, чтобы тайну свою начать воплощать.

– Ладно, – согласился Иван. – Пускай воплощают.

– Вот и я о том! – обрадовался отец.

 – Пусть воплощают. Только матери, Иван, это сильно не нравится. Переживает! «Беды бы, – говорит, – не натворили».

– Какая же беда может быть от мотоцикла! – усмехнулся Иван. – Если починят, только польза будет. Не надо будет его выбрасывать…

– Это ты правильно заметил! – засмеялся дядя Петя и поднялся из-за стола, на котором оставался опустошенный им до последней капли самовар. – Пойду спать. Завтра мне рано вставать.

– Зачем? – спросил Иван. – Снова в Москву собрался?

– Пока только посоветоваться с бригадой надо.

Поеду в город. А ты будь готов: скоро опять за старшего тут останешься…

Иван проводил отца понимающим взглядом и, когда тот прикрыл за собой дверь своей спальни, потихоньку вышел во двор. Уже наступила глубокая ночь. Улеглась на чистой соломенной подстилке в закуте корова, продолжая и во сне пожевывать свежее сенцо, изредка квохтали на своем шестке под потолком куры, чуть слышно похрюкивал поросенок в омшанике.