Герцогиня поневоле, или Проклятье Зверя

Зарина, покажи основные выпады, – попросил он мою служанку, и та с готовностью выхватила с пояса свой клинок, чтобы скрестить с его «оружием».

А дальше начался настоящий бой. Я даже подумать не могла, что эта девчонка такое умеет. И стоило снять воображаемую шляпу перед мастером Альбертом – я не знаю, как он это делал, но умудрялся будто существовать в нескольких местах одновременно. Справа, слева, за спиной, впереди. Для Зарины это удивительным не было, и она поспешно следовала за своим учителем, раз за разом пробуя найти брешь в его обороне.

Я даже не успела заметить, что к боевой площадке подтянулись зеваки-зрители: какие-то обитатели замка, которым явно нечем заняться. В основном мужчины, но и пара служанок, по виду таких же крепких, как сама Зарина.

– Смотри-ка, госпожа оружие в руки взяла, – донесся до меня насмешливый шепот. – Только бы в юбках не запуталась!

Я грозно зыркнула на зевак, и те примолкли, но разойтись и не подумали. Нет, решительно не понимаю, они меня тут все за глухую принимают?! Может, у леди Найрин и впрямь что-то со здоровьем было?

Но тут закончился показательный бой, Зарина и Альберт предложили рискнуть и мне.

– Я не успела ничего запомнить… Наверное, в другой раз.

– Просто попробуйте, – предложил Альберт.

Либо мне кажется, либо он откровенно смеется над моим неумелым видом. Я покрепче сжала рукоять, чтобы сдержаться и не показаться неуверенной дурочкой. Сама пришла и сама отказалась при первом же шаге? Да и к тому же – пусть смотрят, я не буду прежней.

Покрутив клинок в руках, я сделала пробный выпад.

Со стороны это казалось куда проще. Все мои жалкие попытки дотянуться до него Альберт отметал ленивыми взмахами. Кинжал только глухо бился о дерево и отскакивал. В какой-то момент я даже рассердилась всерьез его насмешливой и снисходительной манере, вложила всю накопленную злость на этот мир и свой собственный за подставу, но толку было мало. Хотя несколько одобрительных возгласов до меня донеслось, но клинок показался далеко не таким невесомым, каким был вначале.

Леди Найрин, вам стоило больше заниматься, а не лежать и страдать! Вот теперь я в полной мере ощутила чуждость этого мира: в своем-то я и большим теннисом занималась, а тут руки столь слабы, что готовы выронить дурацкую железяку. Наверное, это и правда глупо выглядит со стороны.

Запыхавшись, разозлившись и устав до изнеможения, я готова была отбросить неудачную идею, но вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд.