Герцогиня поневоле, или Проклятье Зверя

Кто же здесь? И вообще, как они попали в мою квартиру? Это Тимур вернулся?..

Но передо мной сидел мужчина и внимательно изучал мое лицо. Незнакомый мужчина. Не юный, но и не старый, лет тридцати с лишним. Суровый – широкоплечий, хищный нос с горбинкой, нахмуренный лоб, темные брови, цепкий взгляд, щеки покрыты щетиной. Может, мне стало плохо и это все же врач?..

О нет, совсем нет. Потому что одет мужчина был вовсе не в белый халат. Даже не в светло-зеленый или синий. Он был в, мать его, старинной кольчуге!

Заметив мой наверняка ошарашенный взгляд, мужчина отстранился, зашумев железом.

За ним, соответственно жанру, сияло стрельчатое окно с решеткой, над кроватью раскинулся ярко-красный балдахин, и всё это было, конечно, весьма гармонично…

Но где я вообще?

Я прикрыла глаза, чтобы осознать увиденное.

Попыталась вздохнуть всей грудью, но это было непросто. Словно что-то сдавило легкие: дышать было трудно, шевелиться и вовсе… невозможно. Сонный паралич?

Мне снится чудной сон, в котором я не могу ничего делать.

Читала, такое бывает: человек понимает, что проснулся, но будто парализован, двигаются только глаза. Иногда в этом состоянии бывают галлюцинации. Главное, убрать панику и дождаться, когда отпустит.

Несколько раз я открывала и закрывала глаза, но ничего не менялось.

– Леди Найрин, вы меня слышите?

Не стоило труда догадаться, что обращается он ко мне. Насколько я смогла оглядеться, других людей в комнате не было. Значит, это я теперь – некая леди Найрин? Сонный мозг соображал лениво, паники, на удивление, не было, только легкое недоумение.

Сердце вообще будто не бьется. Что ж. Стоит подать признаки жизни и хоть что-нибудь выяснить.

Я с трудом смогла кивнуть, и мужчина тут же встревоженно подался ко мне, схватил за кончики пальцев. Слава богу, я их наконец чувствую.

– Я слышу, – приглушенно раздался мой голос.

Немного не мой, но боже мой, большая ли разница! Достаточно того, что я жива, снова могу дышать, говорить и шевелиться хоть немного.

– Вы живы! – Мужчина неожиданно вздрогнул и спешно выпустил мою руку. Кажется, он уже не надеялся на это и разговаривал, как с умершей, – безнадежно, сам с собой. – Простите, что в таком виде. Мне доложили, что вы очнулись, и я оставил поле боя… Лекарь говорил, что вы при смерти и шанс выжить крайне невысок. Уже неделя, как вы не подавали признаков сознания.

Мило… Кажется, в этом мире я кому-то нужна.