Счастливчик

Иногда он открывал свои огромные глаза и сонно смотрел на Варю, и она гладила его по мохнатой, шелковистой мордочке и он снова засыпал, стараясь теснее к ней прижаться. Она так увлеклась крохой, что не видела отчаянных взмахов рук своего брата, который уже отчаялся привлечь её внимание и, рискуя быть замеченным, даже свистнул, заложив два пальца в рот. Но Варя не выходила. Потеряв терпение, он побежал обратно, но вдруг остановился и снова замахал руками.

– Ой, – опомнилась Варя. – Серёжа мне машет.

Вскочив на ноги, она выскочила из кустов на переулок и практически врезалась в большой живот дяди Бори, их соседа по переулку, который вышел из чьей-то калитки.

– Варвара! – пробасил он, потирая своё огромное брюхо обтянутое старой клетчатой рубахой. – Ты куда так спешишь? Пожар? Чуть с ног меня не сбила.

– Здравствуйте, дядя Боря, – испуганно пролепетала Варя. – Извините, пожалуйста, я больше так не буду…

– Здравствуй, здравствуй, – сказал дядя Боря. – Ты домой бежишь?

– Да.

– Вот и отлично, я как раз хотел твоего папу повидать.

Варя похолодела и крепко сжала малыша под своей курткой.

– Да что с тобой, ты какая-то бледная? – участливо поинтересовался дядя Боря. – Что-то случилось?

– Нет! – испуганно замотала головой Варя, ещё больше бледнея и не зная, что говорить.

– А что это у тебя там? – спросил дядя Боря, кивая на топорщащуюся Варину куртку.

– Ничего! – с вызовом сказала Варя.

– Ничего, – повторил дядя Боря и его глаза заискрились смехом.

Большая, косматая борода закрывала большую часть его лица, и никогда нельзя было понять, шутит он или говорит серьёзно, поэтому Варя немного опасалась его.

– Это секрет, – добавила она. – Вот!

– Ах, ну так это совсем другое дело, – произнёс дядя Боря и его глаза уже откровенно лучились смехом.

– Ну, так, что, Варвара, пойдём домой?

– Нет, мне не надо домой, – выпалила Варя и, даже не попрощавшись, повернулась к дяде Боре спиной и стремглав кинулась в лес.

– Стой, Варвара, стой, ты куда?! – гремел за её спиной раскатистый бас, но Варя бежала, как летела и остановилась, только когда совсем уже совсем запыхалась. От тряски малыш проснулся и начал пищать и мяукать. Варя гладила его по головке и даже поцеловала в прохладный нос, но он не хотел успокаиваться, и жаловался всё сильней и сильней, и Варя не знал, что делать. От растерянности она сама начала всхлипывать и озираться вокруг, но кругом никого не было.