Счастье из копилки

Она отложила книгу и спросила:

– Ну и что это за собрание ко мне явилось?

– А вот такое собрание, – вперёд вышел директор леспромхоза.

Он сначала дождался тишины, откашлялся, а потом громко, чтобы его все услышали, сказал:

– Товарищи! Я считаю, что эта женщина, – при этих словах он указал на Валентину, – при всех должна попросить прощения у Маруси.

Наступила тишина.

Валентина высокомерно произнесла:

– Ещё не хватало. Да что я такого сделала-то? Подумаешь, девчонку проучила. Умнее будет.

– Ты, Валентина, даже не понимаешь, как ты себя безобразно ведёшь.

Товарищи, – сказал директор леспромхоза, обращаясь к собравшимся, – я думаю, что такой продавщице не место не только в этом магазине, но и в нашем посёлке. Согласны?

– Согласны! Согласны! – разнеслось со всех сторон.

Маруся повернулась к папе и спросила:

– Тюрьма теперь по мне не будет плакать?

– Кто это тебе, дочка, сказал?

– Продавщиха.

– Тюрьма давно уже плачет по самой продавщихе.

Когда вернулись домой, первым делом Маруся взяла на руки котёнка.

– Эх ты, Мурзик, я думала, ты мой друг, а ты самый настоящий обманщик и предатель, и я с тобой больше играть никогда не буду.

– И чем же это мой Мурзик так провинился? – удивилась тётя Надя, принимая котёнка обратно.

– Маруся говорит, что ей и одной хорошо, – слукавил папа. Ему не хотелось вспоминать, за что пострадал ни в чём не повинный котёнок.

А шоколадку Маруся всё-таки получила.

На следующий день к их дому подъехала машина заготовителей.

– Позови-ка Марусю на минутку, – попросил приезжий папу.

Он достал из рюкзака большую шоколадку и, подавая её девчушке, торжественно произнёс:

– Награждается доблестная защитница кошельков граждан!

Маруся ела шоколадку и думала: «Шоколадки, оказывается, бывают очень горькими».

Не просто так

Чтобы больше не оставлять Марусю одну дома, мама решила брать её с собой на работу. Сначала она спросила разрешения у своего начальника – директора школы Владимира Львовича, интеллигентного мужчины лет сорока.

Он единственный в посёлке, кого всегда можно видеть одетым в костюм, белоснежную рубашку и галстук. Его уважали не только учителя, ученики и их родители, но и все жители – за честность и справедливость.

– Я, конечно, понимаю вас, Анна Александровна. Вам некуда деть ребёнка. И я, пожалуй, соглашусь, но с одним условием: если девочку в школе не будет видно и слышно. – И, немного подумав, директор добавил: – До первого замечания.