Счастье из копилки

Маруся шла, точно попадая в следы от домашних тапочек, которые оставляла в снегу старушка, шедшая впереди неё.

Маруся уже умела считать до десяти, и ей хотелось, чтобы её спасительница тоже знала об этом.

– Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь. Всё, – сказала она и остановилась.

– Ну что, забыла?

– Да, – ответила Маруся и покраснела. Ей стало стыдно за своё неудавшееся хвастовство.

– А дальше идет восемь. Ступеньки закончились.

Маруся увидела возле двери веник и смела с ботиночек снег. Вместе с бабушкой они прошли в сени и, открыв большую дверь, оказались в доме.

Маруся без всяких напоминаний сняла ботиночки, поставила их ровно к стенке. Подумав немного, ещё заправила шнурочки внутрь.

– Ты проходи и подожди меня минуточку, – сказала бабушка Марусе.

Внутри дом был наполнен каким-то необычайным теплом и светом. На окнах висели белоснежные шторочки с выбитым на них рисунком, а на подоконниках красовались в горшочках герани. Больше половины дома занимала чисто выбеленная русская печь.

Весь пол был устлан домоткаными половиками с разноцветными яркими полосками.

Маруся стояла посередине избы. Медленно поворачивалась и рассматривала всё вокруг. На одной стене висело очень много портретов, с которых на девочку смотрели молодые женщины и мужчины.

Бабушка вышла из-за шторки. Теперь на ней была надета чёрная юбка и белоснежная кофточка. Заметив взгляд Маруси, бабушка сказала:

– Это мои сыновья и дочки. Их у меня пятеро было. А это вот – мой муж, – показала она на портрет, который висел отдельно, и на нём был изображён дяденька с большими усами.

– Где же они все сейчас? – спросила Маруся.

– Никто из них не вернулся с войны…

– А когда они вернутся?

– Они никогда не вернутся. Всех их у меня забрала война. Осталась я совсем одна.

– А это кто? – спросила Маруся, указывая на угол, где на подставке стояла икона, перед которой горела свечка.

– Это, Маруся, икона, и на ней изображена Богородица со своим ребёночком Иисусом.

У этой иконы даже есть название: «Утоли мои печали».

Маруся ничего не поняла из того, о чём рассказывала бабушка, но переспрашивать не стала.

– У-то-ли мо-и пе-ча-ли, – сказала нараспев Маруся. – Красиво.

– Маруся, снимай пальтишко, шалюшку. Давай-ка мы с тобой попьём чайку, – и бабушка открыла шторку, отделяющую маленькую кухоньку от остальной комнаты. Здесь стояли буфет, стол и три табуретки. На одной из них возвышалось ведро с водой, накрытое крышкой.