Сын врага отца

Я в шоке, человек реально в ночь перед игрой конспекты читает или доклады строчит, уж не знаю. Мне такого счастья не надо, и я решаю просто порубиться дома в VR или включить какой-нибудь фильм. Но мечтам моим не суждено сбыться, потому что у мелких Левиных на меня свои планы.

Левин: «Привет, сообщник. Как мы поняли, ты использовал нашу информацию правильно»

Шумский: «Привет, маленькие хитрожопые братцы. Сегодня денег не дам, мне пока помощь не нужна, сам справляюсь. Но за тот подгон спасибо, помогло»

Левин: «И как ты о нас с братом мог такое подумать? Мы не клянчим деньги, мы вымениваем их на ценную информацию! И только когда точно знаем, что наша информация ценна.

Сегодня мы просто хотели убедиться, что ты на верном пути. И еще сказать, что на нашу помощь можешь рассчитывать»

Шумский: «Окей, мелкие. Я запомнил»

Субботним утром на стадион прихожу пешком – есть у меня привычка в день домашних матчей байком не пользоваться. Можно сказать, это моя персональная традиция.

Когда появляюсь в своем втором родном доме, Коваль уже оказывается тут. Господи, ну надо же, он идеальный до безобразия, аж бесит. И не опаздывает, и на учебу ходит, и друг хороший, и вниманием девчонок вообще ни разу не обделен. Правда, открещивается от него, говорю же – душнила. То ли дело я. Ну батя вообще считает, что любовь к женскому полу мне по наследству перешла, а мать в такие моменты закатывает глаза и мечтает приложиться по его светлой министерской голове чем-то тяжелым.

Интересно, а Мила на матчи не ходит? Папочку любимого поддержать, например. А я даже у нее не спросил. Впрочем, я вообще ничего у нее толком узнать не успел, значит, впереди столько работы. Но не сегодня. Отец с детства учил меня не мешать личное со спортом, оставлять мысли в голове за пределами стадиона и быть сосредоточенным только на одном.

– Принципам не изменяем, ходим пешком? – Ковалевский тоже принципам не изменяет, сразу пристает ко мне.

– Это традиция на удачу, а не принцип, – ухмыляюсь в ответ.

– Тренерскую дочь уже позвал за тебя поболеть?

Я чуть не роняю разминочную куртку на пол.

– Ты давай еще громче скажи, чтобы вся команда услышала. А то тихо говоришь. И тренеру чтобы слышно было.

Коваль только улыбается в ответ и швыряет в меня своим полотенцем, правда, тут же получает его обратно.

– Так, я не понял, что за волейбол? – в самый интересный момент в раздевалке появляется Левин.