Сын зелёного короля

Сын зелёного короля

Мария Ботева

В одной стране лежит снег и не тает. Кто-то виноват в этом. Может быть, это страшный преступник? А может быть, тот, кто боится потерять любимого человека?

Мария Ботева

Сын зелёного короля

Там нет тебя,

там нет меня,

там нет никого,

и земля примерзает к небу.

Умка

Они следили за развитьем легенд –

Просто открывали дверь в печь.

Б. Гребенщиков

1.

Мы едем на север. Поезд, качаясь, увозит нас далеко, всё дальше. Быстрей, быстрей, можно сказать поезду, быстрей, быстрей.

И он бежит скорее.

Можно лечь спать, и тогда через несколько часов окажешься ещё севернее, не заметив, как это произошло. Пассажиры все так и делают. Колёса поезда стучат тише, чтобы был крепче сон. Чем крепче дорожный сон, тем легче дышится на севере. Особенно тем, кто попадает туда впервые.

После речки Туры поезд замедляет свой ход: здесь уже север, здесь уже красота. Как же разглядеть всё, если ехать быстро?

2.

Снега нынче мало, и здесь тоже.

Все деревья покрыты белым, все-все. Берёзы стоят в инее. Белый ствол, белые ветви. И даже воздух вокруг берёз – белый.

Но гораздо больше белого на зелёных елях. Сосен здесь почти нет, а есть ели и даже кедр. На их колючих иглах лежит белый снег, хочет закрыть иголки, будто надеть чехол, чтобы они не кололись. Север и так мало кто любит, хочется и ему быть мягче и приветливее.

3.

Поезд останавливается посреди снежного леса. Тут земля опускается вниз, и с вершины видно всё кругом.

Это самое красивое место на нашем пути, объявляет диктор по радио. Его слова слышат пассажиры во всех вагонах.

Люди могут выйти и посмотреть, убедиться, что север красив. Но не все делают это. Многие остаются в вагонах и ворчат, что задерживаться в таком холоде не стоит.

Мы выходим. Из вагона попадаем в сугроб. Но он неглубокий, нам только по колено. Проводница говорит, что обычно снега тут по пояс. Мы смотрим вдаль, земля спускается вниз. А с ней опускаются и белые с зелёным ели и кедры.

Вечернее тёмное небо стережёт эту красоту. Бывает, что оно закрывает её от путников. Но нам показало.

Это к доброму пути, считает проводница.

4.

В городе, где поезд высадил нас, белые чудеса продолжаются. Никто не встречает, не говорит, как проехать к гостинице. Уже темно, и на улице почти никого, но добрый северный человек согласился везти нас.

– Как же так? – говорим мы ему, – мы думали, что у вас собаки, что у вас олени, а вы везёте нас на машине.