Сыщик Гош. Первое дело

Да и в темноте удобно, или когда молчит человек – как еще узнаешь? А они – запросто.

Полюбили Гош и Сав сидеть у окна где-нибудь на верхнем этаже и наблюдать за жизнью во дворе. Деды в домино играют – даже здесь стук костяшек по столу слышен: бабушки внучат сторожат, а внучата с качели на карусель, с карусели на лесенку. Ни секунды на месте не стоят, за ними глаз да глаз нужен. Иногда гармонист на балкон выйдет и тихонько так песню заведет, а бабушки встрепенутся, спины старые распрямят и сидят – слушают да ножками притопывают.

У ворот, ворот широких

Зелена сосна расшумелася,

Расшумелася, расшаталася,

Наша Дунюшка расплясалася.

Расплясалась, разыгралась.

У ворот парень стоял, усмехался,

Усмехался, улыбался.

«Играй, Дунюшка, играй, любушка.

Как понравишься добру молодцу,

За себя возьму, сарафан сошью.»

Пойдет песня по двору, а детишки притихнут, головки на сторону повернут и слушают. А деды костяшками не стучат, осторожненько одну к другой приставляют – боятся песню спугнуть.

А еще забава у мужичков появилась – гадать, кто в какой подъезд идет и в какой квартире живет.

– Вова из школы возвращается, – первым замечает Сав. – Смотри, не успеет портфель дома оставить и галстук снять, как вновь на улицу выбежит.

– С чего ты взял? Он же самый домоседистый домосед в нашем доме. Любого древнего старика пересидит.

– Я ему хитрую записку написал, – ухмыляется Сав.

– А вон Антошку папа из садика ведет. Папа его ведет и папа же Антошкин портфель несет – Антон в нулевом классе учится.

– Ничего, скоро и с ним разберемся. Уже прибирать научился и с мамой не дерется.

– Хорошая у нас работа, Сав.

– Да, – соглашается Сав.– А самое главное – нужная у нас работа.

– И смешная.

– В чем смешная-то?

– Взрослые ничего понять не могут – что с их детьми происходит? Одни температуру меряют, другие в школу бегут – не натворили ли что-нибудь их чада? Смехотища! Мамы воспитателей в садиках благодарят, воспитатели мам и пап нахваливают.

– Ну да, – Сав понимает, о чем ведет речь Гош. – Мы-то сначала думали – это мы сами догадались идти в люди и детей перевоспитывать, а теперь видим – он нарочно так разговор повел, специально Лесю и Катю при нас выспрашивал, чтобы мы и не смогли поступить по-другому.