Тайна ведьмы Урсулы

Если бы не власть рыжебородого Жыжа над огнем, неизвестно чем бы тогда все кончилось.

Ворочается Межевик в своей подземной норе, жуёт жвачку из еловой смолы и пчелиного воска— не спится ему. И не от того, что голодно или холодно. Страшно— за шкуру свою, за спокойствие.

А если Урсула недовольна будет, что Межевик коту-прислужнику об услышанном рассказал? Или, наоборот, рассердится, что обманул Рыську— не обо всём поведал?

Вздыхает Межевик, не знает, как поступить. Хоть и не дурак вроде, а совета спросить хочется.

Только у кого тут спросишь, чтобы и «советчик» не проболтался?

Переворачивается с одного бока на другой Межевик, чешет голову когтями.

Что это за «Юсинь» такой, о котором под землёй шепот шёл, почему и отчего «Юсинь» должен Страну спасти? Правда ли, что за то, что «слово не сдержала», Урсула жизнью поплатиться должна?

Межевик вытащил изо рта тёплый, размякший кусочек смолы, проковырял когтем в твёрдой земле дырочку, затолкал в неё жвачку.

– Надо! Надо все-таки уснуть, – дух лёг на спину и зажмурился.

 – Вот проснусь и снова к Урсуле наведаюсь… – Межевик зевнул. – Поговорим о том о сём— может, еще похвалит, что хозяйку дождался.

В незнакомой части леса…

Заброшенный домик, который Милька и Юсинь нарекли когда-то своей «избой-читальней», выглядел почти таким же, как Юся сохранила в своей памяти.

Крыша покосившейся бревенчатой постройки была припорошена снегом, словно натёртым на тёрке белком яйца. Снег лежал равномерным, но тонким слоем и почему-то не блестел на солнце, хотя оно любезно усевшись между голыми ветвями деревьев, делилось светом с каждым нуждающимся.

Юся хотела узнать о себе правду. Если она ведьма лишь потому, чего унаследовала от неизвестной родственницы рыжие волосы, и отныне её приговор— видеть то, чего не видят другие, – что ж, она найдет способ отказаться от этого «дара». Если же Юсинь— сумасшедшая, – она будет бороться и с этим «врагом».

Юся решительно стянула с головы капюшон, сняла с плеча сумку и поставила её на землю.

Да, ей хотелось узнать о себе правду. Любую. Именно за тем она и пришла сюда. Юсинь уверена, что в тишине своего надёжного убежища она увидит, наконец, сон, который всё объяснит ей. Или не всё, но многое…

Случайный ветер поднял с земли несколько осенних листьев, протащил их до крыльца, толкнул приоткрытую дверь дома, и она скрипнула. За домом вдруг что-то промелькнуло.

– Ау… – позвала Юся негромко. – Ау-у!

Юсинь не ответили, и она пошла вперёд.