Тайна виллы «Лунный камень»

Кит смотрела, как он демонстративно обмерил входную дверь, проверил, в каком состоянии стены, и раз сто сфотографировал самые потрескавшиеся окна. Закончив, он беспечно пошагал к Кит и Барду.

– Вы до сих пор здесь? А почему так, семейная ссора или что-то в этом роде?

Он обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на здание.

– Знаете, смешно, а я помню, будто музей был больше, чем сейчас. В одной комнате были шторы с цветочными узорами, куда они делись?

– Что? А, это… Я снял их, почистить, – сказал Бард, и Кит подумала, что он говорит неправду.

– Просто удивительно, – ехидно сказал Финн. – Хотя гостиная мне понравилась. Пропорции у неё лучше, чем я думал. Конечно, придётся поменять эти кошмарные лестницы и закрасить мрачные деревянные панели. Когда я это сделаю, получится первоклассная гостиная для моего центра.

– Центра? – глухо спросила Кит. – Что вы имеете в виду?

– Центр деловых встреч, конечно. Дед тебе не говорил? Это то, что будет здесь создано через год, – конгресс-центр «Лунный камень».

Бард глубоко засунул руки в карманы и пнул ногой камешек.

– Часть графства мечтает о новом деловом курорте. Инвесторы прожужжали мне все уши. Впрочем, я уже ухожу. – Финн поднял фотоаппарат. – Конечно, своими открытиями я поделюсь с нынешними владельцами.

– Это ещё что значит? – прорычал Бард.

– Только то, что по дороге домой я заскочу в здание совета. Они закрывали глаза на то, что здесь творилось, столько лет, потому что не знали, что ещё из этого можно сделать.

Но только до тех пор, как я не выступил с предложением купить это место. Было бы сумасшествием отказать мне. Всё, что нужно – это продемонстрировать, в какую свалку превратился «Лунный камень», и он быстро станет моим.

Финн насмешливо помахал фотоаппаратом.

– Ах ты негодяй!

Бард замолчал, потому что Кит схватила его за руку. Она действовала по наитию и не знала, чего добивается – то ли успокоить дедушку, то ли удержать его от глупого поступка. Маленькой ладошкой она крепко сжимала его руку.

Бард посмотрел вниз, задержал взгляд на руке внучки, а затем сердито стряхнул её. Когда он освободился, Скаддер уже сел в машину.

– К слову, – заявил Финн, опуская окно, – у тебя есть старые горгульи, так?

– Горгульи?

– Те доисторические статуи, которые ты повсюду расставил.

– Манекены?

– Да, они. У меня от них аж мурашки по коже. У одной, я заметил, будто кресло под юбкой, – такой широкий зад.