Тайна времени, или Весть из будущего

А когда мама сердилась, Максимка думал, что она нарочно изображает воспитательницу-домоправительницу Фрекен Бок из его любимой книжки про Карлсона. Он представлял Фрекен Бок в виде огромного шкафа, который можно было поставить на бок, – потому и Фрекен Бок!

Её голову можно было приклеить к боку – ведь ширина и длина её тела были одинаковыми, как у низкого квадратного шкафа.

А вот его тоненькой маме вовсе не подходил этот строгий низкий голос Тети-Шкафа-На-Боку, и Максимка делал всё, чтобы мама не подражала этой противной домоправительнице.

Впрочем, мама не умела сердиться долго, она делала строгое лицо, старательно хмурила брови, а Максимка, чувствуя свою вину, предпринимал всё, чтобы вывести маму из состояния сердитости. Он смешно копировал её лицо, сдвигал брови, оттопыривал нижнюю губу и становился таким потешным, что мама не выдерживала и начинала смеяться. И, чтобы скрыть своё неумение быть настоящей воспитательницей-домоправительницей, начинала оправдываться: «Ой, это у меня нервное, я смеюсь сквозь слёзы…»

Но Максимка ясно видел добрые смешинки прощения в её глазах и продолжал корчить смешные рожи, подняв углом брови и горестно опустив уголки губ.

И мама, рассыпавшись колокольчиками смеха, начинала целовать его упругие щёчки, которые она называла «яблочки».

Глава вторая

Как-то после работы мама пришла домой, загадочно улыбаясь. В руках она держала какой-то маленький листочек.

– Что это такое? – спросил Максимка.

– Я обнаружила в нашем почтовом ящике извещение на бандероль.

Наверное, это тебе Дед Мороз прислал подарок к Новому году, – сказала мама.

– Нет, правда, Дед Мороз прислал? Ты заказала подарок от Деда Мороза?

– Ничего я не заказывала, честное слово! Видимо, прислал кто-то очень таинственный, так как нет обратного адреса. Быстренько одевайся, надо выходить, а то почта скоро закроется.

Всю дорогу Максимка бежал впереди мамы.

Падал крупный пушистый снег, покрывая белым ковром замёрзшую землю.

Максимка лепил снежки и бросал их в маму. Мама со смехом уклонялась, и снежок пролетал мимо.

– Пощади, прекрати этот артобстрел, сдаюсь, – взмолилась мама.

– А ты беги! Беги! Скорее, скорее, а то почта закроется, – смеялся Максимка.

Запорошённые снегом, радостные и возбуждённые, они вошли в здание почты.

Мама подала листочек в окошко, потом что-то написала на другом листочке, и ей протянули маленькую коробочку, завёрнутую в золотисто-жёлтую бумагу.